Линия оборвалась. К вечеру на территории нашли ещё две двери, прежде отсутствовавшие: в бетонной стене вентиляционного здания и в пустом гараже. Открывать их запретили. Первую закрыли приваренными металлическими листами, вторую заложили кирпичом.
Ночью за кладкой слышались шаги. Кто-то часами ходил там и негромко перечислял имена сотрудников. К утру стало тихо, зато появилась новая дверь. Артемьев сказал, что видит закономерность: перекрывая один выход, они получают другой. На вопрос Белова, как это остановить, он предложил прекратить любое взаимодействие.
Нужно было эвакуировать шахту и отключить оборудование. Никто не должен отвечать на телефонные звонки, стук или голоса. Новые двери нельзя открывать. Белов спросил, что делать, если они начнут открываться без помощи людей. Физик посмотрел на него и признал, что тогда положение станет совсем плохим.
Рабочим объявили угрозу выброса метана. К полуночи большинство вывезли, на объекте осталось около тридцати человек. В 03:40 камера в административном корпусе записала движение дверной ручки кладовой. Та повернулась медленно, затем створка отошла сантиметров на десять.
Разрушенного посёлка больше не было. В щели виднелся освещённый коридор, в точности повторявший коридор перед камерой. Только по ту сторону стояли люди. Они выстроились двумя рядами и смотрели внутрь. Соколов различил себя, Савельева, Корнеева, Белова, Рогова и Артемьева. Возраст всех копий на этот раз совпадал с возрастом настоящих людей.
Двойник физика подошёл к двери.
— Теперь мы ближе.
— Ни слова им, — приказал Артемьев, стоявший в дальнем конце коридора.
Копия улыбнулась:
— А вы уже ответили.
За её спиной появился второй Артемьев, затем третий и четвёртый. У одного был другой костюм, у другого — седина, ещё у кого-то шрам или очки.
Корнеев не выдержал и спросил, сколько их. Физик резко обернулся, напомнив о запрете разговаривать, но все лица по ту сторону уже повернулись к Сергею. Шахтёр попятился. В чужом коридоре начали появляться его копии: одна, затем три, семь, десятки.
Белов крикнул солдатам закрывать. Те бросились к створке, однако она сама распахнулась настежь. Одинаковый коридор теперь уходил вдаль так далеко, что конца не было видно. По обеим сторонам тянулись сотни, возможно, тысячи дверей с небольшими металлическими табличками.
На ближайших читались годы: 1959, 1964, 1976, 1987, 1994, 2003, 2011. Дальние надписи терялись в глубине. Из одних дверей выглядывали люди, из других лился дневной свет. Где-то стояла ночь, где-то лежал снег. За одной виднелся такой же коридор, только разрушенный.
Рогов прошептал, что это не отдельный параллельный город. Артемьев согласился. Перед ними было пространство между вариантами, общий коридор, куда выходили разные двери. Пока физик говорил, далеко впереди что-то сдвинулось. Люди по обе стороны одновременно отступили…
