«Она умрёт!» — голос Анны громко зазвенел от накатившего отчаяния. «Ей всего 17 лет, вызовите скорую, пока не стало слишком поздно». «Я сказал, не твоё собачье дело», — повторил он ещё жёстче.
«Пошла вон в камеру, пока я не написал рапорт за грубое неподчинение». Анна остановилась и посмотрела на него долгим, пронизывающим взглядом. В этот момент что-то окончательно и бесповоротно сломалось внутри неё.
Почти три месяца она молчала, всё терпела и безупречно играла свою роль. Но сейчас перед ней умирала юная девочка, а этот человек, облечённый властью, отказывался даже поднять телефонную трубку. «Хорошо», — тихо сказала она и уверенно развернулась прямо к камерам видеонаблюдения.
«Майор Киреев, ты меня хорошо слышишь? Операцию начинаем прямо сейчас, немедленно. И пусть первым делом вызовут скорую для Марины Соколовой: блок Д, камера 23».
Дмитрий словно прирос к полу и застыл на месте. Несколько долгих секунд он просто смотрел на неё, совершенно не понимая, что происходит. «Ты что несёшь?» — пробормотал он растерянно и испуганно.
«Именно так, полковник Волкова», — сказала Анна, гордо выпрямляясь. Голос её вдруг кардинально изменился, стал командным, жестким и властным. «Дмитрий Сергеевич Соловьёв, вы находитесь под официальным следствием».
«Через десять минут сюда войдёт вооруженная группа захвата. Настоятельно рекомендую вам не предпринимать никаких глупостей». Привычный мир Дмитрия рухнул в одно мгновение, а следующие часы прошли как в густом тумане…
