Её глаза и без того часто были влажными в последние годы, но сейчас слёзы текли особенно тихо — от благодарности и от боли, которая вдруг нашла отклик в чужом сердце.
Николай стоял рядом, сжимая в руках кепку. Он редко показывал чувства, привык держаться крепко, но голос у него всё равно дрогнул, когда он спросил, почему Павел ухаживает ещё и за могилой Матвея.
Старик на мгновение опустил взгляд. Видно было, что он не сразу решается говорить. Потом глубоко вздохнул и начал свой рассказ.
Несколько месяцев назад он увидел у этой могилы молодую женщину. Она стояла неподвижно, прижимая к груди букет, и плакала так горько, что Павел не смог пройти мимо. В её плаче было то, что он хорошо знал: не жалоба, не просьба о помощи, а бездонная тоска по человеку, которого уже нельзя вернуть.
Это была Лидия, младшая сестра Матвея, дочь Веры и Николая. Павел подошёл к ней осторожно, не навязываясь, просто сказал несколько тёплых слов. Лидия сначала молчала, а потом вдруг начала рассказывать о брате.
Она говорила, что Матвей был не только любящим сыном и старшим братом, но и человеком, который с юности выбрал путь служения. Он любил небо, верил в своё дело и много лет отдавал силы работе, связанной с защитой людей и родной земли. Он пережил опасные задания, трудные годы, разлуки с семьёй. А погиб не там, где родные каждый день боялись за него, а в обычной дорожной аварии, когда никто не ждал беды.
Эта несправедливость особенно ранила семью. Павел слушал Лидию и чувствовал, как в его собственной груди отзывается давно знакомая боль. Чужая утрата вдруг перестала быть чужой.
С того дня он решил, что будет присматривать за могилой Матвея. Не громко, не напоказ, без просьб и благодарностей. Просто приходить, поливать траву, убирать соринки, следить, чтобы место не выглядело забытым…
