Эта зелёная полоска одновременно утешала их и тревожила. В ней было что-то похожее на знак, на невидимую заботу, на чьё-то молчаливое присутствие. Но кто мог приходить сюда, кроме них и дочери? Кто мог ухаживать за могилой их сына так бережно, будто Матвей был ему родным?
Супруги стали бывать на кладбище чаще. Приходили в разное время, задерживались дольше обычного, оглядывались по сторонам. Они не хотели тревожить чужую тайну, но сердце требовало ответа.
И однажды ответ сам появился перед ними.
Вера и Николай заметили пожилого мужчину у могилы Матвея. Он стоял чуть наклонившись, осторожно держал старую металлическую лейку и медленно поливал траву, стараясь не задеть цветы у памятника. В его движениях не было суеты. Он делал всё так внимательно, будто выполнял не простую работу, а что-то очень важное.
Соколовы подошли ближе. Мужчина услышал шаги, обернулся и мягко улыбнулся. В этой улыбке было смущение, доброта и какая-то глубокая усталость человека, много пережившего, но не ожесточившегося.
Так они познакомились с Павлом Орловым, восьмидесятишестилетним вдовцом, который жил неподалёку и уже много лет приходил на это кладбище как к месту, где оставалась самая дорогая часть его жизни.
Павел рассказал, что здесь похоронена его жена Анна. Они прожили вместе больше полувека. Он говорил о ней спокойно, но Вера сразу поняла: за этим спокойствием скрывалась боль, которая не уходит, а просто становится частью дыхания.
Каждую неделю Павел приносил Анне свежие розы. Он поправлял землю, убирал сухие листья, следил, чтобы рядом не разрастался бурьян. В жаркие дни приходил дважды — утром и ближе к вечеру, чтобы полить траву. Это было не привычкой и не обязанностью. Так он продолжал разговаривать с женщиной, без которой его дом опустел.
Вера слушала его и не смогла удержать слёз….
