Воскресенье оказалось непривычно солнечным для ноября. Во дворе собралось немало зрителей. Баба Шура и старший по дому дядя Миша заняли лавочку с таким расчётом, чтобы хорошо видеть подъезд. Соседи давно знали характер этой семьи и не собирались пропускать её торжественный переезд.
Первым показался Денис. Он пятился по ступеням, вытаскивая тяжёлую клетчатую сумку, из которой торчала ручка швабры. Его лицо выражало обиду человека, у которого отняли не своё имущество, а уверенность в том, что оно непременно достанется ему.
Следом вышла Клара Захаровна. Одной рукой она придерживала поясницу, другой тащила огромный фикус, а на локте держала пакет со старой посудой. Каждый шаг сопровождался причитаниями, рассчитанными на сочувствие всего двора, но зрители хранили весёлое ожидание.
Дядя Миша, раскуривая сигарету, спросил, куда семья направляется и не решила ли она расширить жилплощадь. Денис огрызнулся, что они переезжают в загородную резиденцию. Фраза должна была прозвучать гордо, однако клетчатая сумка, швабра и перекошенный фикус сильно мешали впечатлению.
Сосед тут же уточнил адрес «резиденции»: тот самый гаражный кооператив на окраине, первый ряд возле мусорных баков. Денис дёрнул сумку так резко, что ручка швабры едва не задела дверцу нанятой машины. Возразить ему было нечем.
Баба Шура рассмеялась и посоветовала заранее запастись дровами для печки, потому что приближается зима. Клара Захаровна побагровела, прижала фикус к груди и попыталась ответить взглядом, которым прежде усмиряла невестку. На соседей этот взгляд больше не действовал…
