Она надела розовый пуховик, сунула ноги в сапоги и подхватила сумку, не обращая внимания на стойкий запах кошачьего протеста. Эвелина торопилась так, словно лишняя минута рядом с несостоявшимся владельцем квартиры могла сделать её участницей его долгов.
Денис бросился следом и спросил, куда она собралась. Девушка, не оборачиваясь, ответила, что идёт в библиотеку искать бесплатный интернет. Входная дверь захлопнулась с такой силой, что удар прокатился по комнатам и окончательно подвёл черту под её коротким знакомством с будущей «семьёй».
Клара Захаровна медленно опустилась на диван. Исчезли и победная осанка, и командный тон. Она смотрела на пустое место, где только что стояла возможная новая невестка, и шептала сыну, что не понимает, как такое могло случиться.
Марина подошла к столу, подняла заверенную копию и аккуратно вернула её в конверт. Документ был слишком важен, чтобы оставлять его в дрожащих руках Дениса. Теперь она говорила уже не как человек, защищающий угол в чужом доме, а как законная наследница, устанавливающая срок выезда.
Она дала им три дня — ровно столько, сколько они отвели ей на поиск жилья. Разрешила забрать кастрюли, диван, телевизор, старую посуду и даже шторы из комнаты. Всё, что действительно принадлежало Кларе Захаровне и Денису, могло отправляться вместе с ними.
К вечеру воскресенья должна была приехать строительная бригада. Марина собиралась начать капитальный ремонт и снести часть внутренних стен. Если бывшие хозяева положения не успеют освободить квартиру, их вещи уедут в гараж вместе со строительным мусором…
