Лариса не позволила себе развалиться. Она училась делать массаж, запоминала упражнения, следила за режимом, возила внучку на процедуры. Мирослава не брала игрушки так, как другие дети, не вставала на ножки, не делала первых шагов. Каждое маленькое движение доставалось трудом. Иногда Лариса плакала в ванной, открыв воду, чтобы Павло не услышал, потом вытирала лицо и возвращалась к внучке с улыбкой.
Полностью исправить болезнь оказалось невозможно. Но девочка росла умной и любознательной. Она рано выучила буквы, любила слушать сказки, быстро считала, запоминала новые слова. Лариса, когда-то работавшая педагогом, занималась с ней терпеливо и строго, как с обычным ребёнком, которому просто нужно больше поддержки.
Когда Мирославе исполнилось семь, Лариса повезла её в специализированную школу. Вернулась молча, сняла пальто и долго стояла в прихожей.
— Больше я туда её не повезу, — сказала она. — Там столько детей на колясках… Есть совсем тяжёлые. Я едва не разрыдалась прямо во дворе. Давай оформим обучение дома.
Павло не спорил. Так Мирослава осталась учиться дома. Лариса радовалась её успехам, учила иностранному языку, раскладывала тетради на столе и часто вспоминала Марьяну, которая тоже отлично училась, но не смогла уберечь себя.
Однажды Мирослава позвонила дедушке сама:
— Дедушка, приезжай. Бабушке плохо.
Павло мчался домой, почти не замечая дороги. Когда он подъехал, медицинская машина уже отъезжала от подъезда. Ларису не успели довезти до больницы…
