Через город они неслись на бешеной скорости. Миша выжимал всё из старенькой иномарки, лавируя в потоке, а Оля на соседнем сиденье грызла ногти. Про себя ругала и пробки, и тесто, которое так и не успело подняться. А ведь могли бы отцу горячих пирожков привезти, прямо с пылу с жару.
— Успеем мы, Оля, перестань трястись, — уговаривал Миша, сам нервно постукивая по рулю. — Он пока войдёт, оглядится, тут и мы будем.
Во дворе «Рябинового двора» нашлось единственное свободное парковочное место. Машину оставили криво, к подъезду побежали. Лифт словно нарочно спускался мучительно долго. Первой в кабину прыгнула Оля, за ней муж; зажглась кнопка восьмого этажа. Под тихое гудение механизма цифры на табло поползли вверх.
У своей двери Игорь Станиславович услышал шаги. Кто-то подошёл, повернул внутренний замок. Полотно отодвинулось лишь настолько, насколько позволяла натянутая хлипкая цепочка.
В щель выглянула женщина, уже не молодая, но и не старая. Ярко-розовый шёлк халата украшали вышитые павлины; лицо лоснилось от жирного крема. Недовольство на нём было такое, будто к королеве без очереди вломился человек, только что чистивший навоз. Она оглядела добротную, хотя простую куртку посетителя, его мозолистые руки, большие деревенские сумки. Накрашенные губы презрительно искривились.
Это была Тамара Борисовна, однако Игорь Станиславович её не узнал. Узнавать было некого: со сватьей они никогда не встречались. Свадьбу Оли и Миши она провела в больничном отделении с гипертоническим кризом, позднее пересечься тоже не довелось. Теперь хозяин молча смотрел на невероятную картину, уверенный, что жильё заняли аферисты.
— Мужчина, вам кого надо? — Женщина выпятила подбородок; визгливые слова резали слух. — Денег у нас нет. Уходите.
От удивления Игорь Станиславович застыл, затем открыл рот: собирался рявкнуть и потребовать объяснений, что эта наглая особа делает в его квартире. Но позади лязгнул лифт, створки разошлись. Из кабины выбрались запыхавшиеся Оля с Мишей.
— Папка! Ну разве так приезжают? Хоть позвонил бы заранее!
Оля бросилась обнимать отца, уткнулась носом в плечо. Миша подошёл, протягивая руку тестю, и вдруг заметил женщину за дверью. Рука так и осталась в воздухе. Челюсть поползла вниз, глаза стали как блюдца.
Почувствовав странную заминку, Оля отстранилась. Посмотрела на дверь, на лицо в узкой щели. Пауза стала зловещей; казалось, даже пыль застыла в воздухе.


















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.