Для прежней жизни Михаил Кравченко перестал существовать, а Илья Бондаренко ушёл в лесную глушь. Он сделал это не из страха: бояться так, как боятся обычные люди, давно разучился. Просто человек без прошлого не даёт показаний, не мешает влиятельным виновникам и не требует ответа за погибших товарищей.
Лесной кордон, затерянный неподалёку от дороги и в восьмидесяти километрах от ближайшего посёлка, достался ему через того же друга. Для местного учёта товарищ использовал второе документальное прикрытие: Игорь Петрович Мельник, спокойный лесник с официальной должностью и ничем не примечательной биографией. Раз в месяц Михаил выбирался за крупой и солью, а жители считали его нелюдимым и не пытались сближаться.
В здешней глуши замкнутость никого не удивляла, поэтому восемь лет прошли без лишних вопросов. Михаил привык считать, что так будет всегда. Металлический ящик под половицей он семь лет не трогал, а потом однажды открыл, почистил оружие, проверил каждый механизм и снова убрал всё на место.
Он не готовился применять оружие — просто старая привычка не позволяла оставлять инструмент в неисправном состоянии. В эту ночь ящик пришлось открыть во второй раз. За стенами кордона стоял двадцатидвухградусный мороз, а плотный снег сохранял мельчайшие следы.
Босые отпечатки Марины Коваль тянулись к дому, а следом за ними шли три тяжёлые пары ботинок. Михаил различал каждый овраг, камень и поворот тропы даже в полной темноте. За восемь лет ночных обходов лес стал для него пространством, где менялись лишь ориентиры и скорость движения, но ничего не исчезало из поля внимания.
Он бесшумно двигался навстречу троим городским людям с фонарями и вспоминал шестерых погибших бойцов. Эти воспоминания возвращались не ежедневно, но никогда не отпускали окончательно. В них давно не осталось острой вины — только долг, который никто, кроме него, не собирался признавать.
Товарищей продали, а виновные избежали ответа, и Михаил исчез лишь потому, что тогда другого выхода у него не было. Теперь всё складывалось иначе. В его доме сидела замерзающая девушка, за которой районный прокурор Павел Сергеевич Лис послал вооружённых людей, уверенный, что власть снова защитит его от последствий.
Лис привык распоряжаться чужими судьбами и не сомневался, что приказ выполнят. Он ещё не знал, насколько опасным может стать знакомый до последнего дерева лес в руках человека с военным опытом. Михаил остановился возле узкого прохода между двумя толстыми соснами, который заранее приметил как удобное место.
Сразу после выхода из кордона он потратил несколько минут, чтобы закрепить в ветвях тяжёлую ветку с обмотанной вокруг неё цепью. Теперь оставалось натянуть тонкую стальную проволоку поперёк тропы на высоте ладони и присыпать её снегом. Закончив, он отступил к старой ели, растворился в её тени и замер.
Преследователей он услышал задолго до того, как между соснами появились первые лучи. Тяжёлые ботинки ломали снежную корку неровно, в обрывках разговора уже чувствовалось напряжение. Двое переговаривались вполголоса, а третий молчал и шёл позади.
Фонари метались от ствола к стволу, выдавая людей, начинавших понимать разницу между ночным лесом и городской улицей. Впереди двигался крупный мужчина, которого спутники называли Денисом; он командовал и старался сохранять уверенность. За ним шёл жилистый человек, постоянно оглядывавшийся по сторонам, а замыкал цепочку самый молодой.
Когда молодой последним вошёл в проход, он задел носком почти невидимую проволоку. Стальная нить отозвалась едва различимым звоном, после чего спрятанный в ветвях механизм освободился. Тяжёлая ветка с цепью пошла по дуге, ударила преследователя по ноге и сбила его с ног. После падения он уже не мог опереться на повреждённую ногу.
Крик прозвучал неожиданно высоким и почти детским. Денис и второй мужчина резко развернулись, вскинули оружие, а беспорядочные лучи заметались по снегу и деревьям. Михаил оставался неподвижным в нескольких шагах от них…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
