Знали только почерк: медицинская точность и жуткая ветхозаветная справедливость. Око за око, зуб за зуб, или, в данном случае, мужское достоинство за девичью честь. Но если обычные люди злорадно ухмылялись, чувствуя, что справедливость наконец-то восторжествовала, то стая волков занервничала.
Виктор Ракитин и Стас Воронов поняли, что охота началась. Стас Воронов, сын областного прокурора, был другим, не трусливым, как Валера. Это были сто килограммов литых мышц, чемпион области по боксу, агрессивный социопат, уверенный в своей безнаказанности.
Когда он узнал о судьбе Валеры, он не спрятался, а наоборот, пришел в ярость. «Кто бы это ни был, я размажу его по стенке», – рычал он, разбивая грушу в спортзале. «Пусть только подойдет, я ему кадык вырву».
Он верил в силу своих кулаков и думал, что физическая мощь защитит его от любого врага. Антонина знала это и наблюдала за ним. Она видела, как он выходит из зала, играя мышцами, как смотрит на прохожих взглядом хозяина жизни.
Она понимала, что с ним нельзя действовать как с Валерой. Его не оглушишь и не испугаешь. К нему не подойдешь в темном переулке — он среагирует быстрее и ударит на поражение.
«На медведя с рогатиной не ходят», – думала она, перебирая ампулы в своем тайнике. Медведя берут в капкан или бьют, когда он спит в берлоге. Она выбрала место, где даже самый сильный зверь становится уязвимым.
Место, где он снимает свою броню — душевая центрального спортивного комплекса. Стас имел привычку тренироваться поздно вечером, когда зал уже пустел. Он любил быть одним, наслаждаясь звуком своих ударов в тишине.
После тренировки он подолгу мылся, смывая пот и кровь, часто чужую, ведь спарринг-партнеров он не жалел. Антонина изучила расписание уборщиц. Она знала, что по вторникам и пятницам дежурит баба Маша.
Эта подслеповатая старушка часто халтурила и уходила раньше, оставляя ключи под ковриком в подсобке. Пятница, 13 ноября. Зловещая дата, но Антонина не верила в приметы, она верила в фармакологию.
В этот раз ей нужно было что-то посильнее миорелаксантов. Ей нужен был препарат, который вырубит гиганта. Она приготовила специальный коктейль — смесь мощного транквилизатора и сердечного депрессанта.
Это было опасно: чуть переборщишь с дозой, и сердце остановится. Но ей было всё равно. Выживет — хорошо, умрет — туда ему и дорога.
Около одиннадцати вечера Стас Воронов стоял под горячим душем. Вода барабанила по кафелю, пар застилал глаза. Он был расслаблен, уверен в себе и напевал какой-то блатной мотивчик…
