Следующей полезла Варвара. Павел помог ей протиснуться, подал сумку и выбрался сам. Григорий остался в углублении один. Над ним лопнула третья балка. Он упал на живот и пополз через отверстие, которое уже сужалось. Доска царапала затылок, снег давил на спину, рядом загрохотал камень. Ветеран продолжал двигаться, повторяя про себя порядок: локоть, колено, вдох, ещё один рывок.
Когда до выхода оставалось совсем немного, проход начал оседать. Павел схватил Григория за воротник, Дымок вцепился зубами в рукав. Вместе они выдернули его наружу в облаке снежной пыли. Через два удара сердца завал окончательно закрыл прежний проход. Все несколько мгновений лежали на склоне, слушая, как гора глухо принимает на себя обломки. Никто не мог произнести ни слова.
Иней был завёрнут в платок Варвары. Он поднял голову и лизнул Григория в подбородок. Этот простой жест оказался одновременно смешным и почти торжественным. Ветеран прижал ладонь к серебристой шее, затем коснулся Дымка. Впервые он позволил себе почувствовать всё разом: ужас недавней потери, облегчение, боль в рёбрах и благодарность тем, кто не бросил его внутри завала.
Утром метель прекратилась. Над горами появилась узкая бледная полоса солнца, а мороз сохранил все ночные следы. Павел нашёл Лазарева возле старой дороги. Тот вернулся за санями и попал прямо на собственную цепочку отпечатков. В санях лежали проволочные петли, усиленные капканы, ржавый зубец с медвежьей шерстью и мешок корма, украденный из склада Григория.
Лазарев не кричал и не пытался оправдываться. Он лишь смотрел в сторону леса, где его ловушки подняли раненого зверя и привели опасность к людям. Павел увёз задержанного в город вместе с собранными доказательствами. След с косым рубцом, найденные колышки, проволока у провала и содержимое саней наконец сложились в одну непрерывную линию, которую невозможно было объяснить совпадениями.
Для Павла задержание стало завершением долгой работы, но он не испытывал торжества. Слишком наглядной была цена доказательств: сломанная лапа Инея, рана медведя, разрушенный склад и ночной бой. Он аккуратно упаковал каждый фрагмент металла и записал места находок. Григорий не присутствовал при оформлении — он оставался рядом с волками и Варварой, пока у обоих зверей не выровнялось дыхание.
Позднее инспекторы и спасатели прошли по всей цепочке. Они сняли оставшееся железо, нашли след берлоги и осторожно оттеснили медведя подальше от жилья. Зверя не убили. Специалист из регионального центра сумел обработать его рану с безопасного расстояния. После этого медведь ушёл в горы. Отпечатки оставались глубокими, но движение уже не выглядело таким беспорядочным и яростным.
Сломанную станцию ремонтировали вместе, хотя Григорий сначала уверял, что справится сам. Варвара принесла новые навесы, Павел — дверь. Водитель из магазина доставил ящики для припасов, соседи молча оставили у крыльца мешок картофеля. Никто не произносил больших слов о милосердии. Люди просто приходили с досками, гвоздями, горячим чаем и делали то, что было необходимо…
