Невеста оправдывала тревожные звонки жениху, но в день свадьбы незнакомка посоветовала ей заглянуть в его багажник

— Наталья Сергеевна, согласны ли вы стать законной супругой Николая Антоновича?

Зал затих в ожидании ответа. В этой тишине Наталья чувствовала десятки обращённых к ней взглядов. За спиной отец затаил дыхание; мать уже поднесла к глазам платочек, готовясь прослезиться от умиления. Все ждали того единственного слова, ради которого собрались здесь. А Наталья с пронзительной ясностью чувствовала, что не может дать согласие, пока не убедится сама. Машина оставалась непроверенной, и произнести «да», ничего не узнав, казалось невозможным. Она не разлюбила Николая — причина была не в этом. И не испуг перед нелепыми словами уличной гадалки мешал ей ответить. В глубине души уже поселилось тяжёлое, неотвратимое знание, которому она ещё не могла дать полных очертаний.

Её счастье, вся будущая жизнь стояли на зыбучем песке лжи. Наталья пока не видела, где эта ложь заканчивается, но уже чувствовала её кожей; убеждение давило, как приговор. И всё же отступать казалось поздно. Перед ней оставались лица людей, ожидавших согласия, а в глубине сознания ещё теплилась призрачная надежда на ошибку. Может быть, она напрасно поверила собственным сомнениям. Может быть, незнакомка и в самом деле была безумной попрошайкой, а содержимое чемодана не имело ничего общего с её страшными словами. Там могли лежать обыкновенные строительные инструменты или спортивная форма для тренажёрного зала. Наталья отчаянно хотела, чтобы всё оказалось именно так, чтобы за крышкой багажника не нашлось подтверждения тому, что она чувствовала сейчас, стоя рядом с женихом.

— Да.

Николай выдохнул с таким облегчением, что Наталья это заметила даже сквозь собственные мысли. Она хотела верить в хорошее, отчаянно хотела, но его выдох лёг ещё одним тревожным штрихом в картину, которая складывалась у неё помимо воли.

Их объявили мужем и женой. Под аплодисменты посыпались лепестки роз.

— Горько! — громко потребовал кто-то из гостей.

Николай обнял Наталью и поцеловал. В поцелуе ей почудилась спешка — будто ему хотелось скорее закончить формальности, добраться до банкета и там наконец расслабиться, отложив тревоги этого утра.

На ступенях дворца началась фотосессия. Выпускали белых голубей, на молодожёнов сыпались рис и конфетти. Наталья улыбалась в камеру, принимала позы, которым научил фотограф. При этом всё её тело оставалось натянутым, как струна, готовая лопнуть от лёгкого прикосновения.

Друзья позвали Николая сфотографироваться с ними отдельно. Оксана незаметно приблизилась к Наталье.

— Водитель за углом курит, — шепнула она ей в ухо. — Другого случая может не быть. Действуй.

От волнения Наталье показалось, что земля под ней уходит. Она огляделась: Николай с друзьями был примерно в двадцати метрах, мать оживлённо беседовала с Людмилой Васильевной. Сергей Петрович давал интервью местному фотографу, снимавшему материал для городской свадебной хроники. Сейчас никто не мешал, и другого такого мгновения за весь день могло не представиться.

— Прикрой меня, — прошептала Наталья Оксане и направилась к машине, припаркованной в стороне от гостей.

Она старалась идти спокойно, естественно, но платье мешало, путалось в ногах, и каждый шаг требовал усилия. Лёгкий ветер шевелил фату. Сердце стучало с такой силой, что Наталья боялась: окружающие услышат.

Багажник был заперт. Наталья с ужасом обнаружила, что открыть его ей нечем: ключей у неё не было. Отчаяние захлестнуло горячей волной. Она добралась до машины, воспользовалась мгновением, когда Николая отвлекли, но мучительные сомнения по-прежнему оставались без ответа. Весь этот кошмарный день мог так и закончиться, не дав ей узнать правду. Наталью страшила жизнь с той же неопределённостью — продолжение нынешних сомнений, от которых не удастся избавиться ни после церемонии, ни после торжества.

Сквозь тонированное стекло сзади смутно просматривалось что-то небольшое. Наталья заслонила глаза ладонью от солнца, вгляделась. На полу у заднего сиденья лежала женская сумочка. Казалось, её бросили там в спешке. Наталья знала присутствовавших на свадьбе женщин в лицо; сумочка не принадлежала ни одной из них.

Дверь салона оказалась незапертой. Возможно, уходя курить, водитель забыл закрыть её, понадеявшись на охраняемую территорию дворца. Наталья ещё раз посмотрела через плечо: Николай продолжал беседовать с друзьями, Оксана разговаривала с гостем и демонстративно заслоняла обзор. Наталья потянула дверцу на себя и наклонилась в салон.