Собака ткнулась холодным носом ей в ладонь.
— Хотя и я могла бы спокойнее реагировать на его шутки. Раньше мне это даже нравилось. А теперь из-за болезни я будто сама не своя.
Она закашлялась, прикрывая рот ладонью. Марта положила передние лапы ей на колени.
— Ничего, — прошептала Нина. — Я постараюсь выздороветь. Ради Миши. Ради Матвея. И постараюсь не быть такой резкой.
В этот момент дверь открылась. Матвей вошёл в дом, и Нина сразу замолчала.
Он подошёл ближе, и она сухо сказала:
— От тебя пахнет дымом.
— Нин, я всего одну…
Он виновато развёл руками.
— Одну так одну, — устало сказала она и ушла заниматься стиркой.
Матвей накормил Марту кормом, смазал дверные петли, чтобы не скрипели, начал заделывать щели и маленькие дыры в стенах. Дом требовал ремонта со всех сторон, и он хватался то за одно, то за другое.
Ночью всё повторилось.
Марта лаяла, Миша плакал, Нина и Матвей почти не спали. Утром они просыпались разбитыми, раздражёнными, с тяжёлыми головами. Так продолжалось несколько ночей подряд.
— Что значит, она опять не несёт яйца? — однажды не выдержала Нина.
— Сосед сказал, что это нормально.
— Сосед сказал, сосед сказал… Он тебе эту курицу и продал!
— Нин, ну что ты начинаешь?
