Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Накануне юбилея Даша защитила наследство от переводов, а утром муж и свекровь приехали с планом покупки дома

Часть 6 из 21

Она развернулась и зашагала обратно по просёлку.

— Даша! Куда пошла? — крикнул Дениска. — До города тридцать километров!

Она даже не оглянулась. До остановки оставалось минут пятнадцать пешком по просёлку. Пока Даша шла, ноги промокли; ветер налетал с полей и бил в лицо мелкой ледяной крупой. Она удивлялась себе: слёз не было. Внутри — пустота и ясность, такие же, как в тот день, когда дед подошёл ко всем часам в доме и остановил их. Только теперь с её собственным временем происходило другое. Оно не замерло. Впервые за четыре года Даша чувствовала, что оно идёт правильно.

У остановки ждала старая маршрутка. Водитель курил возле открытой двери. Посмотрел на Дашу — мокрые волосы, непокрытая голова, лёгкая куртка — и без слов откинул переднее сиденье.

— В город?

— В город — сто восемьдесят. Грейтесь, печка у меня хорошая.

Всю поездку Даша смотрела за окно, пока телефон в кармане вибрировал снова и снова. Муж, свекровь, опять муж, неизвестный номер — наверное, Олег. Трубку она не брала. Лишь заглянула в сообщения. Дениска написал коротко: «Вернись! Не позорь меня перед людьми». У Ларисы Олеговны вышло длинно, с ошибками; заканчивалось угрозой: «Ты ещё пожалеешь, что так с нами». Даша убрала звук.

В квартире никто не шумел. На кухне оставался нетронутый торт, так и не вынутый из коробки. Утренние хризантемы никли на тумбочке: до воды руки тогда не дошли. Даша машинально налила воды в вазу, поставила цветы, сняла мокрые кроссовки и включила чайник. Потом направилась к книжному стеллажу, сама толком не понимая зачем.

Вероятно, за привычным утешением: открыть дедову шкатулку, согреть ладонью серебряного «Павла Буре», услышать ровное, честное биение маленького сердца.

Шкатулки на верхней полке не было.

На светлом дереве, там, где она стояла, выделялся чистый прямоугольник без пыли. У самого края лежала тёмная шпилька с жемчужным шариком. Такие Даша видела в праздничной причёске Ларисы Олеговны. Вспомнилась большая сумка, крепко прижатая к боку, и полминуты тишины в прихожей, пока она переодевалась.

Звонить она пока не стала. Поступила, как поступала на работе с подозрительными случаями: сначала зафиксировала всё. Сняла пустую полку с чистым следом шкатулки, отдельно — нетронутую шпильку. Лишь после фотографий подхватила её бумажной салфеткой, убрала в маленький прозрачный пакетик и положила в ящик стола.

Из папки с наследственными документами Даша достала отчёт об оценке коллекции. Его составили больше года назад, когда нотариус в Ольховецке оформляла наследство: без оценки нельзя было рассчитать пошлину. Приехавший из областного центра специалист два часа работал в дедовой мастерской. Каждые часы фотографировал с двух сторон, открывал крышки и записывал номера механизмов. Теперь перед Дашей лежали четырнадцать листов с фотографиями — отдельный лист для каждой из четырнадцати позиций. Итоговая оценка составляла три миллиона сто тысяч. Из этой суммы 480 000 приходилось на одни только часы «Павел Буре» с гравировкой.

Положив бумаги возле телефона, она набрала мужа. Он снял трубку после первого гудка.

— Ты куда делась?! — заорал Дениска. — Соображаешь, что натворила? Олег уехал, старик кричит, у мамы давление!

— Где дедушкина шкатулка, Дениска?

Тишина. Пауза была короткой, но Даша её услышала.

— О какой шкатулке ты говоришь?

— Ореховой, с часами. Утром была на полке, сейчас исчезла. Твоя мама, пока я одевалась, полминуты провела в ванной. А потом не выпускала сумку, словно в ней слиток золота.

— Мою мать воровкой называешь?! — Голос мужа взлетел. — Совсем помешалась на деньгах в свой день рождения?

— Я задала вопрос. Никого пока не обвиняю. Где шкатулка?

— Вечером приедем, тогда поговорим, — отрезал он.

В девятом часу Дениска отпер дверь своим ключом. Лариса Олеговна прошла за ним: причёски уже не было, под глазами залегли тёмные круги, но спину она держала прямо. Вместо большого хозяйственного баула в руках был маленький редикюль.

— Садись, — распорядилась она, словно принимала Дашу у себя.

Даша не села.

— Шкатулку я забрала, — спокойно продолжила свекровь. — Буду хранить у себя. Сегодня ты устроила истерику, мужа опозорила, нас посреди дороги бросила. Кто знает, что завтра учудишь? Отдашь дедово наследство проходимцу, потом плакать будешь. Пусть остаётся у меня, пока ты не успокоишься.

— Вам эта вещь не принадлежит, Лариса Олеговна.

— Она семейная. Ты в семье, мой сын в семье. И я вправе беречь наше добро…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

5

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю
Лариса ОлександрівнаУкраина

Відчула страх,як можна жити з такими людьми які як хижаки хочуть чужих грошей.Рада що Дарія виграла суд і вся спадчина залишилась її.Дякую за розповідь

ВолодимирУкраина

Насолоду від цікавої історії що щасливо і справедливо закінчилась

Надія.Украина

Гарна історія ,А головне повчальна .

ЛюдмилаУкраина

Дуже повчальна історія

ЛюбовУкраина

Згадала себе. Мене теж дурив чоловік, свекруха і її діти. Я виросла в сім'ї де довірою дорожили, де карали за брехню, крадіжку, наклеп. Я думала, що так було в усіх сім'ях. Про все дізналась після смерті чоловіка від уже дорослого сина. Він думав, що я знала і за те сердився, що я нічого не робила. Свекрухи половини дітей її не має. Після цієї розповіді я зрозуміла чому син вигнав всю родину чоловіка з двору на другий день після похорону. Я ще тоді насварила сина, що так не можна. Він до цих пір нічого не розповів, не хоче тривожити. Хоч з часом я сама стала догадуватись. Сумно.

Все обсуждения

Ещё из рубрики «Свекровь»

Все истории рубрики