Несколько секунд ему хотелось попросить её остановиться, чтобы они могли поговорить без свидетелей. Но стыд быстро уступил место обиде.
— Так это всё было ложью! — воскликнул Антон. — Ты дала мне поверить, что я сам распоряжаюсь своей судьбой, а на деле всё это время тайком держала контроль в своих руках.
— Я ни разу не помешала тебе руководить компанией. — Валентина медленно покачала головой. — Я тебя поддерживала, потому что доверяла.
— И теперь этим же доверием ты пользуешься, чтобы меня уничтожить. — Антон указал на документы.
— Господин Костюк, дело не в том, кто именно владеет акциями, — твёрдо вмешался Игорь. — Основания для этих мер — полномочия органов управления и обстоятельства, которые совет счёл существенными для компании.
Антон оставил его слова без ответа. Он смотрел на Валентину, и глаза у него горели от ярости.
— Прежде чем унижать меня перед всеми, ты могла бы со мной поговорить.
Валентина почувствовала, что ещё немного — и она заплачет.
— Сколько раз я пыталась с тобой поговорить, Антон. Ты говорил, что я ничего не смыслю в делах компании, просил меня молчать. А сегодня велел мне уйти и пригрозил охраной.
Возразить ему было нечего. Он отвёл глаза.
В зале стало ещё напряжённее, когда один из журналистов спросил Игоря:
— Операции, которые сейчас проверяют, имеют отношение к отделу Юлии Дубровской?
— Предварительные выводы я оглашать не буду, — ответил Игорь. — Нельзя ставить под угрозу независимую проверку.
Нескольким гостям хватило и вопроса, чтобы повернуться к Юлии. Она стояла у выхода и так крепко сжимала телефон, что побелели костяшки пальцев. Антон стал искать её среди гостей.
— Юлия, подойди сюда, — приказал он.
Она замешкалась, но подошла.
— Сейчас, по-моему, не лучший момент, — пробормотала Юлия.
— Ты знакома с этими контрактами? — Антон нахмурился. — Объясни им, что с ними всё в порядке.
Юлия посмотрела сперва на Игоря, потом на Софию.
— Мой отдел всегда выполнял инструкции, которые получал. За финансовые решения, которые принимают в других отделах, я отвечать не могу.
Антон замер. Всего несколько минут назад эта женщина обещала разделить с ним будущее. Он рассчитывал, что уж она-то встанет на его сторону без всяких оговорок.
— Что ты такое говоришь?
— Я говорю только о том, что каждый отдел отвечает за свою работу, — тише произнесла Юлия. — Не хочу, чтобы мои слова поняли неправильно.
Растерянность смешалась у Антона с унижением. Месяцами Юлия уверяла его, что всегда будет рядом, что понимает, чем ему пришлось пожертвовать, что вместе они справятся с любыми трудностями. Теперь, когда его авторитет рушился, ей, похоже, важно было одно: защитить себя.
Валентина слушала без злорадства. Ей не требовалось видеть, как Юлия предаёт Антона, чтобы подтвердить то, что она и так знала об их отношениях. Ей трудно было представить, что этот союз, построенный на презрении к другому человеку, продержится, когда исчезнет выгода, которая его питала.
— Я снова прошу не разглашать сведения о проверке, — сказал Игорь. — Здесь, на празднике, легко бросить обвинение сгоряча. Если кому-то и придётся отвечать за случившееся, это будут решать на основании доказательств.
Антон вернулся на середину сцены и повернулся к Валентине. Во взгляде у него было отчаяние.
— Давай уладим это наедине. Тебе не обязательно продолжать при всех.
Во взгляде, которым она ответила, было недоверие. Ещё несколько минут назад он сам велел ей уйти, угрожал позвать охрану и при всех объявил, что для компании она никогда ничего не значила. Теперь, когда речь шла о его собственной репутации, ему понадобился разговор наедине.
— Совет уже принял решение. Я не могу обсуждать его с тобой так, будто это часть наших переговоров о браке.
— Я твой муж, — понизив голос, сказал Антон.
Эти три слова пронзили Валентину там, где ещё теплилась последняя надежда. Столько лет она ждала, что услышит их как признание в преданности. Сейчас он произнёс их так, словно они обязывали её слушаться.


















Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Справедливість.