При встрече Игорь положил соглашение рядом с финансовыми отчётами, над которыми они работали.
— Разводом здесь не ограничились. В этих пунктах пытаются затронуть и другие права. Сначала надо разобраться, кому они принадлежат. Таким соглашением решать их судьбу без предварительной проверки нельзя.
— Как ты думаешь, Антон знает, кто стоит за «Лозинским капиталом»? — Валентина не отрывала взгляда от страницы.
— Уверенно сказать не могу. — Игорь медленно покачал головой. — О компании он знает, о её правах как акционера тоже. Но я ни разу не видел, чтобы он показывал, что понимает, как устроен контроль над ней. Меня беспокоит другое: похоже, тебя пытаются вынудить отказаться от любых возможных претензий до начала реорганизации.
Страх начал вытеснять боль, с которой Валентина приехала к Игорю. Неверность могла положить конец её браку; операции, о которых они теперь говорили, могли поставить под угрозу работу сотен людей.
В следующие дни Игорь с командой восстанавливал цепочку решений, которые прежде выглядели не связанными между собой. Они подняли предложение о передаче активов, договоры на консультации и переписку между отделами. Из писем вырисовывалась всё более агрессивная стратегия. Не всякая из этих операций обязательно нарушала закон, но в части из них был явный конфликт интересов, а экономического обоснования не хватало.
Валентина терпеливо разбирала бумаги, отмечая имена и даты. Иногда её задерживала знакомая подпись: Антон согласовывал решения, против которых сам когда-то стал бы возражать. В первые годы он настаивал, чтобы поставщикам платили вовремя, заботился о сотрудниках и отказывался от соглашений, способных навредить мелким инвесторам. Теперь, казалось, он готов отступить от собственных принципов, лишь бы доказать, что никто не вправе его ограничивать. Возможно, тот человек, которого она полюбила, не исчез в один день. Он понемногу отказывался от того, что прежде было для него важно.
Однажды утром Валентине по ошибке переслали письмо с административной учётной записи компании. Под ним тянулась цепочка сообщений о предстоящей реорганизации. Валентина едва не отправила письмо в архив, приняв за обычную служебную рассылку, но одна фраза её задержала. Из неё следовало, что с рядом действий важно успеть до того, как у представителей главного инвестора появится возможность возразить.
Она стала читать дальше. В переписке упоминалась новая компания, которой собирались передать особо прибыльные проекты. Среди её участников были люди, связанные с Юлией. Там же давались указания: некоторым директорам следовало предоставлять меньше информации.
Валентину прошиб холод. Она не могла сама определить, что всё это значит с правовой точки зрения, зато видела, во что может обойтись такая передача. Если самые ценные активы уйдут из материнской компании на невыгодных условиях, «Лозинский капитал» и другие акционеры могут понести большие убытки, а всю прибыль получат те, кто стоит за новыми компаниями.
Она распечатала письмо и сразу поехала к Игорю. Он прочитал всю цепочку, сверил даты и попросил сохранить исходные файлы, чтобы можно было подтвердить подлинность переписки.
— Одних писем для действий недостаточно. Надо выяснить, что уже одобрено, что пока существует только в предложениях и у кого есть полномочия провести эти операции.
— Не верится, что Антон всерьёз это рассматривает. — Валентина кивнула, хотя руки у неё слегка дрожали.
— Когда человек убеждает себя, что всё принадлежит ему, он способен оправдать и очень серьёзные решения. — Игорь попытался скрыть сочувствие, с которым смотрел на неё. — Пока мы не проверили факты, обвинять никого нельзя. Но оставлять такие признаки без внимания тоже нельзя.
Несколько минут Валентина смотрела, как дождь бьёт в стёкла кабинета. Потом спросила:
— Что мы можем сделать, чтобы защитить компанию?
— У «Лозинского капитала» достаточно прав, чтобы запросить сведения и инициировать надзорные процедуры. А когда дело дойдёт до решений по этим вопросам, у компании будет возможность сыграть в них решающую роль.
Годами Валентина старалась оставлять Антону свободу: поддерживать его как жена, не превращая поддержку в контроль, доверять ему как партнёру, не навязывая своих решений. Ей хотелось отделять любовь от бизнеса. Теперь ей пришлось признать, что Антон воспользовался этой дистанцией, чтобы выстроить собственную версию событий, в которой Валентина ничего не значила.


















Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Справедливість.