Отец стоял у двери и смотрел то на сына, то на второго мужчину в повязках.
— Как это возможно? — наконец сказал он. — У нашего Егора глаза карие. А у этого… голубые.
Забинтованный мужчина вдруг поднял голову.
— Егор?
Наш Егор отстранился от матери и вгляделся в него.
— Егор?.. Это ты?
— Я, — второй попытался улыбнуться. — А я думал, ты погиб.
— Мне сказали, что ты погиб. И домой отправили.
— Отправили, — тихо сказал второй Егор. — Только, как видно, к твоей семье.
На полу возле стола сидели уже две черные собаки. Домашняя Ночка недовольно обнюхивала гостью, а та, хромая, но гордая, держалась рядом с нашим Егором.
Отец медленно опустился на стул.
— Так. Объясните мне кто-нибудь, что вообще происходит.
Позже им удалось восстановить всю цепочку.
Со вторым Егором случилось редкое состояние, похожее на глубокое оцепенение: человек может выглядеть так, будто жизни в нем уже нет, дыхание почти незаметно, тело неподвижно. В суматохе, среди ранений, потерь и путаницы его приняли за погибшего. Лицо было повреждено, документы перепутались, а совпадение имени и фамилии только усилило ошибку. Сам второй Егор не знал, что у него может случиться подобное, хотя странные сны мучили его давно…
