Максим видел перед собой не союзника, а человека, который уже измеряет расстояние до выхода. Он понял, что Черненко способен отдать его без колебаний, если цена станет подходящей. В этом была почти физическая боль, потому что сам Максим поступил бы так же.
«Что ты предлагаешь?» — спросил он. Черненко закрыл папку. «У нас есть один путь.
Нужно показать, что Мельник действовала с конфликтом интересов, используя закрытую информацию, полученную во время брака. Не просто бывшая жена, а человек, который незаконно собирал данные в доме, подслушивал, копировал бумаги, манипулировал банками». Максим уловил направление и молча ждал.
Черненко продолжил: «Нужен предмет, документ, устройство, свидетель. Что-то, что можно найти у нее или связать с ней.
Тогда мы запускаем заявление о промышленном шпионаже, утечке коммерческой тайны, нарушении банковской этики. Регулятор будет вынужден смотреть и на нее». Это была грязная схема, но она обладала знакомой логикой: создать встречный пожар, заставить всех кашлять от дыма и перестать различать, где горит настоящий дом.
Максим почувствовал прилив надежды. Нечистой, неуверенной, но достаточной, чтобы снова захотеть действовать. «У нее ничего нет», — сказал он.
«Она ушла с сумкой». Черненко посмотрел на него внимательно. «Ты уверен?» Максим вспомнил спальню, старую сумку, Ирину, десять минут на сборы. Тогда это казалось мелочью, теперь каждая минута в комнате превращалась в угрозу. Он не был уверен ни в чем. «Ирина, — произнес он. — Служанка».
«Она была с ней в спальне. Может сказать, что Оксана забрала документы или устройство». Черненко не стал улыбаться, но его взгляд стал жестче. «Найди ее. Убедительно, без идиотского давления через людей с криминальным запахом. И пусть говорит не слишком много, только то, что нужно».
Когда Максим вышел из департамента, дождь усилился. Он сел в машину и набрал управляющего домом. Голос его был ледяным.
«Ирину немедленно ко мне. Если ушла — найти. Ни через охрану, ни через полицию, через тех, кто знает, где живет ее мать. И без глупостей». Но Ирины уже не было в доме.
Накануне вечером, узнав о попытке переписать журнал, Ирина сама попросила выходной за свой счет и поехала к сестре. Там по ее просьбе с ней встретились юрист «Коваленко Капитал» и сотрудница службы безопасности. В небольшой квартире за городом Ирина сидела на кухне и обеими руками держала стакан с водой.
Ей было страшно. Она не понимала финансовых схем, не знала имен банков, не разбиралась в департаментах. Она знала только, что в доме Руденко ложь часто начиналась с просьбы подписать бумагу задним числом.
Оксана приехала к ней лично после встречи с регулятором, когда Ирина согласилась дать показания в присутствии адвоката. Не потому, что служанка могла передать ключевой документ, а потому, что ее страх был таким же важным элементом системы, как подписи чиновников. Власть Максима держалась на том, что маленькие люди верили в свою заменимость.
Ирина вскочила, увидев ее, и сразу начала оправдываться. «Я ничего не знала, я только стояла у двери. Я видела, что вы взяли сумку и пальто.
Больше ничего. Они скажут, что я должна подтвердить другое, да. Я не хочу врать.
Но у мамы лекарства, работа…» Оксана села напротив и положила ладони на стол. «Никто не требует от вас героизма, Ирина. Требуется только правда.
Вы не обязаны быть смелой каждую минуту, достаточно один раз отказаться от лжи и позволить тем, кто сильнее юридически, защитить вас правильно». Ирина заплакала тихо, почти стыдясь слез. Оксана не утешала пустыми словами.
Она объяснила, что будет адвокат, заявление, временная работа в другой управляющей компании, помощь с лекарствами матери через благотворительную программу, не связанную с ее показаниями. Все должно было быть чисто, иначе защита превратилась бы в покупку. «Вы правда не взяли ничего?» — спросила Ирина.
Оксана впервые за день улыбнулась слабой усталой улыбкой. «Я взяла браслет матери и старый телефон. Все, что нужно было знать о Максиме, он годами говорил сам».
Люди вроде него не прячут преступления от тех, кого считают мебелью.
В это время Максим в особняке переживал новый взрыв. Управляющий сообщил, что Ирину не нашли, Николай ушел на больничный, а оригинальный журнал посетителей по его распоряжению убрали из комнаты охраны. Однако управляющий не знал, что Николай успел сохранить фотографии нужных страниц.



















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.