Представитель юридического отдела посмотрел на меня.
— На данный момент у нас нет ни одного документа, который указывал бы на его участие.
Я вздохнула с облегчением.
— Тогда не упоминайте его в отчётах, пока нет доказательств.
Полина посмотрела на меня и кивнула.
— Я того же мнения.
Я взяла папку.
— Надо разобраться как можно скорее.
Домой я ехала одна. За стеклом машины проплывали освещённые улицы, всё вокруг шло своим чередом. А я понимала: с завтрашнего дня дело будет касаться не только проекта. Оно могло затронуть работу Вадима, его семью. Может быть, и те, кто прежде смотрел на меня с презрением, теперь увидят меня иначе. Только мне не хотелось считать чужое падение своей победой. Хотелось, чтобы всё встало на свои места.
Дома я увидела сообщение Вадима: «Только что добрался. Ты уже спишь?»
Я ответила. Вскоре пришло ещё одно: «Скучаю по вам». Я долго смотрела на эти слова, прежде чем написать: «Удачной работы!» Вадим в ответ прислал улыбающийся смайлик.
Я отложила телефон, поправила одеяло Софии и легла рядом. Завтра могло случиться что угодно, но я впервые не боялась нового поворота. Что бы ни оказалось за дверью, я знала, что смогу спокойно через неё пройти. И если когда-нибудь вернусь к Вадиму, то потому, что мы оба повзрослели. Мне больше не надо было возвращаться к нему только ради того, чтобы было куда вернуться.
На следующее утро я едва успела отвести Софию в детский сад, как позвонил Вадим. Он говорил спокойно, но усталость всё равно была слышна.
— Оксана, мне нужно с тобой поговорить.
— Я слушаю.
— У нас только что было совещание с руководством.
— По проекту?
— Да.
Я остановилась у детского сада. Посмотрела, как родители ведут детей внутрь, и только потом спросила:
— Тебя это коснулось?
— Подтвердили, что я не участвовал в финансовой части проекта.
— Слава богу, — выдохнула я.
— Но другой руководитель подал заявление об увольнении.
— Я знаю.
— И признал, что некоторые решения раньше принимал по собственной инициативе.
Я несколько секунд молчала.
— Значит, надо спокойно разобраться во всём по правилам.
— Да. — Вадим помедлил. — Я хотел, чтобы ты узнала об этом и не волновалась.
— Я не волнуюсь.
— Знаю. — На другом конце он тихо рассмеялся. — Ты всегда так говоришь.
— Потому что знаю, что мне делать.
— Вот это мне в тебе и нравится.
Я не ответила. Вадим тоже больше ничего не сказал. Когда разговор закончился, я ещё стояла у детского сада и смотрела, как София бежит к своей группе. Только теперь я почувствовала, какое это облегчение. Последние дни я втайне боялась, что Вадим из-за проекта попадёт в серьёзные неприятности. А вышло именно так, как мне хотелось: всё выяснилось в положенном порядке, без сокрытия фактов, и никому не пришлось отвечать за другого.
Когда я вернулась в офис, Полина уже ждала меня.
— Оксана, у меня новости.
— Что с проектом?
— Руководство решило продолжить работу с вашей командой.
Я улыбнулась.
— Как хорошо.
— Это ещё не всё. — Полина передала мне папку. — С твоей компанией хотят заключить долгосрочный договор.
Я замерла.
— На какой срок?
— На три года.
Я смотрела на написанное, и мне было одновременно радостно и страшно. Три года назад я думала, что три года буду ждать, когда за мной приедут. Теперь на тот же срок мне предлагали работу, возможность для которой я создала сама.
Я прочла меморандум о намерениях пункт за пунктом и лишь потом поставила подпись. Артём стоял рядом и улыбался.
— Ну вот, наконец у тебя получилось.
Я покачала головой.
— Не «наконец».
— А как тогда?
— Мы только начинаем.
Утренний свет падал на дальние крыши. Я смотрела на них из окна и вспоминала маленькую комнату у родителей, где сидела за компьютером до поздней ночи. София тогда ещё ползать не умела, а я печатала, вытирала слёзы и думала, что потерпела неудачу. Вспомнились и мамины слова: «Один ошибочный выбор не значит, что ты должна всю жизнь продолжать ошибаться».



















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.