— Максим, ты вообще понимаешь, какой сегодня вечер? Мы уже за столом сидим.
— У меня младенец в машине и записка от матери. Мне не до застолья.
Знакомый замолчал. Через несколько минут попросил продиктовать данные, а еще спустя короткое время перезвонил.
— Нашел. Записывай адрес.
Максим поблагодарил, завел машину и поехал.
Дверь в нужную квартиру никто не открывал. Он нажимал на звонок, стучал, звал, но изнутри не доносилось ни шагов, ни голоса. Зато в подъезде отчетливо чувствовался запах газа.
Максим похолодел.
Он толкнул дверь плечом, и та неожиданно подалась. Внутри стоял тяжелый, удушливый воздух. Он поставил люльку на площадке, прикрыл лицо воротом куртки и быстро прошел в квартиру.
На кухне, прямо на полу, сидела молодая женщина. Она обхватила колени руками и тихо плакала, будто сил на громкие рыдания у нее уже не осталось.
— Вставай, — резко сказал Максим. — Сейчас же вставай, слышишь?
Она даже не сразу поняла, что перед ней кто-то есть. Максим перекрыл газ, распахнул окно и подхватил ее под руку. Женщина почти не сопротивлялась. Он вывел ее на лестничную площадку, открыл там окно и усадил на ступеньки.
Она подняла на него мутный взгляд.
— Идти можешь? — громко спросил он.
Женщина испуганно кивнула.
Максим взял люльку. Младенец внутри ворочался и сердито кряхтел.
— Иди за мной, — сказал он таким тоном, что спорить было невозможно.
Он усадил незнакомку в машину, поставил рядом люльку и повез их к себе.
В квартире, где еще недавно все было приготовлено для радостной встречи с женой, теперь сидела бледная, измученная женщина с чужим ребенком. Максим сразу заметил, что она давно толком не ела и, кажется, почти не спала. Лицо осунулось, губы пересохли, руки дрожали.
Он указал ей на комнату, принес стакан воды. Она выпила его жадно, почти не отрываясь, а потом подняла глаза.
— Зачем вы меня оттуда вытащили?
