Оксана продавала его на рынке в районном центре, откладывая деньги, постепенно восстанавливая хозяйство после смерти отца. Она держалась особняком, но не чуждалась деревенской жизни полностью. Помогала соседям, когда требовалось, ходила на общие праздники, хотя никогда не оставалась допоздна.
Иногда она возвращалась к реке, где все началось, и сидела там подолгу, глядя на воду, вспоминая отца, вспоминая все пережитое. «Я держусь, пап, — говорила она тихо, обращаясь к текущей мимо воде. — Как ты учил».
Дело о гибели Кравченко и Савченко окончательно закрыли через два года, официально признав его нераскрытым за отсутствием улик и подозреваемых. В деревне со временем разговоры о случившемся обросли легендами и домыслами.
Кто-то говорил о мести конкурентов, кто-то о случайном столкновении с браконьерами, кто-то шептался о нечистой силе, охраняющей лес от чужаков. Никто, ни один человек так и не связал странную гибель двух столичных мажоров с тихой пасечницей, продолжавшей мирно жить на краю деревни у самого леса, который когда-то забрал у нее отца. Бондаренко, состарившись, доживали свой век рядом, оставаясь единственной семьей, что была у Оксаны, кроме воспоминаний об отце.
Она заботилась о них так же, как когда-то заботились о ней после его смерти. Круг, замкнувшийся сам собой, как замыкается любой круг заботы в маленькой деревне, где люди держатся друг за друга не по обязанности, а по необходимости выживания. Иногда, много позже, уже пожилой женщиной Оксана рассказывала внукам Бондаренко про отцовскую пасеку, про то, как важно уважать пчел, как важно не показывать им страха.
«Пчелы боли не терпят, — говорила она детям с тем же спокойствием, с каким когда-то говорил ей отец. — Но страха боятся больше. Кто дергается, того жалят. Кто стоит спокойно, того не трогают». Дети слушали, кивали, не понимая до конца всей глубины этого урока, но запоминая слова, которые однажды, может быть, тоже им пригодятся. А Оксана смотрела на них и думала о том, что справедливость в этом мире порой приходит не через закон и не через суд, а через терпение, спокойствие и готовность защитить себя, когда никто другой защитить не может.
