Роман коротко рассмеялся и сказал, что не поверит ни одному обещанию. Как только заложницы окажутся за дверью, его расстреляют или передадут людям, которые сделают смерть долгой. Богдан поклялся памятью Марины и Леси, что не убьёт свою кровь, если Оксана и Мила уйдут невредимыми.
На лице Романа на миг появилось прежнее выражение. Он тоже помнил Марину, смеявшуюся в дверях, и годовалую Лесю, которая держалась за его палец. Воспоминание мелькнуло и погасло; кузен покачал головой, заявив, что зашёл слишком далеко и обратной дороги уже нет.
Он перевёл оружие с Милы на Богдана. Все взгляды потянулись за стволом, и в этот момент забытый у стены Степан пошевелился. Пока остальные следили за переговорами, старик сумел подтянуть связанные руки к пистолету, выпавшему рядом с одним из раненых.
Степан окликнул Романа. Голос был слабым, но знакомым, и тот машинально повернул голову. Управляющий нажал на спуск, попав ему в плечо.
Пуля не убила Романа, лишь развернула на полшага. Его рука дёрнулась раньше, чем он успел осмыслить происходящее, и два ответных выстрела ушли вниз, в сторону лежавшего Степана. Старик обмяк на бетоне и больше не шевелился.
Охранник, державший Милу, отвлёкся всего на один вдох. Девочка вцепилась зубами в перчатку, вывернулась из-под руки и бросилась к матери. Мужчина выругался, вскинул оружие и повёл ствол вслед за бегущим ребёнком.
Теперь линия открылась. Данило выстрелил один раз с крыши, и похититель рухнул прежде, чем успел нажать на спуск. Мила пересекла свободное пространство и упала на колени возле Оксаны, прижавшись лицом к её ногам.
Богдан уже двигался к Роману. Раненый кузен поднял пистолет левой рукой и выстрелил; пуля распорола бок пиджака, не задев тело. Богдан мог ответить в грудь, однако прицелился ниже и ранил Романа в бедро.
Тот тяжело опустился на пол. Трое оставшихся сообщников побежали к трапу, но южный выход перекрыла группа Остапа. Двоих остановили на причале, третьего взяли живым у самого корабля, и через несколько секунд в складе слышалось только тяжёлое дыхание.
Богдан ногой отбросил оружие кузена. Роман лежал на спине, с трудом оставаясь в сознании, и потребовал закончить начатое. За многие годы Богдан отдал достаточно смертельных приказов, но сейчас отказался.
Он сказал, что Роман будет жить, предстанет перед судом и каждое утро станет помнить, как проиграл четырёхлетней девочке. Кузен закрыл глаза и больше не произнёс ни слова. Кирилл подошёл с наручниками, а Богдан отвернулся от человека, которого когда-то считал последней семьёй.
Остап разрезал стяжки на руках Оксаны. Она опустилась на бетон и обхватила Милу, обе дрожали так сильно, что не могли подняться. Богдан встал перед ними на колени и после долгого молчания сумел сказать только, что просит прощения за недоверие и причинённую боль.
Оксана не ответила, лишь крепче прижала дочь. В другом конце помещения Кирилл позвал врача: Степан был ещё жив, хотя под ним быстро растекалось тёмное пятно. Богдан вскочил и побежал к старику, понимая, что тот только что заплатил за спасение Милы собственной кровью…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
