Жизнь без прикрасПро санаторий на курорте записала мамины слова: могла бы дать больше, всё равно у меня никого нет. Заполнялась тетрадь, начиналась следующая, за ней третья.
Однажды ночью в рейсе я сидела в кабине и свела расходы за семь лет. Вышло четыре миллиона двести тысяч. От суммы перевела взгляд на папину фотографию — она была приклеена скотчем к приборной панели. Папа улыбался. Я заплакала, впервые за много лет. Жалеть себя не хотелось; было бессилие от понимания, что дальше всё останется так же, сколько ни делай.
Один январский рейс я помню до сих пор. Мне было двадцать четыре. На глухом участке трассы вокруг на сотни километров не было ни заправки, ни посёлка. Снаружи — минус сорок семь градусов. Среди леса двигатель заглох: загустела солярка.
Заливала я зимнюю, но такое случается, если на заправке к ней подмешали летнюю. В кабине становилось холоднее с каждой минутой. На телефоне то появлялась одна полоска связи, то исчезала. Я пробовала завести двигатель, грела паяльной лампой топливный фильтр, как показывал папа, обожгла руки. Машина не заводилась.
Два часа спустя внутри было минус двадцать градусов. Через три часа пальцы ног я уже не чувствовала. Зачем позвонила маме, сама толком не знаю. Наверное, хотелось услышать близкого человека, вдруг больше не придётся. Поймала связь и набрала. Ответила она после шестого гудка.
— Мам, я на дороге застряла, машина встала, — зубы стучали. — Здесь минус сорок семь. Мам, мне страшно.
— Ирина, зачем сейчас звонить? — раздражённо спросила она. — У Ленки показ в модельной школе, она по подиуму идёт! А ты названиваешь. Сама в фуру полезла, теперь сама выпутывайся. Некогда мне.
Связь оборвала мама.
Спас меня встречный дальнобойщик Нурлан, казах. Он заметил на обочине грузовик без огней, остановился и дотащил меня до своей кабины. Поил горячим чаем из термоса, растирал снегом руки. Потом прицепил мою фуру на буксир и протащил шестьдесят километров до ближайшей стоянки. Деньги брать отказался.
— Мы на трассе все родня. Без этого здесь не выживешь.
Мы на трассе все родня. А моя родня в тот вечер любовалась Еленой на подиуме.
Два пальца левой ноги я тогда отморозила. Спасти их удалось чудом. Напоминать маме о том звонке я больше не стала, а вопросов от неё не было. В журнале осталось: «На глухой трассе. Машина встала при минус сорок семь. Позвонила маме. У Елены показ».
Потом Елена вышла замуж за Руслана. Высокий, наглый, с вечно сальными волосами, он носил узкие брюки и остроносые ботинки. Представлялся бизнесменом, хотя никто толком не понимал, какой у него бизнес: перепродавал телефоны или занимался криптопроектом.
Мама была очарована.
— Мужчина солидный, с перспективой. Ленке повезло.
Свадьбу она задумала соответствующую. По телефону перечисляла: ресторан для ста двадцати гостей, лимузин, итальянское платье, фотограф из столицы, голуби и фейерверк.
— А оплачивать кто будет? — спросила я.
— Как кто? Родители жениха возьмут половину, другую мы. Хотя платить, конечно, тебе: откуда у меня такие деньги? Ирин, один миллион четыреста тысяч для родной сестры. Один раз замуж выходит.
Я отдала один миллион четыреста тысяч. Два года собирала их на свою фуру: хотела уйти от Тесли и открыть дело. После свадьбы накопления пришлось начинать с нуля.
Место мне нашлось за последним столом, возле кухни, с фотографом и диджеем. Рассадкой мама занималась сама. За неделю до свадьбы она предупредила меня:
— Ирин, ты ведь не обидишься? Родители Руслана будут, серьёзные люди. Им про твою работу знать ни к чему. Посидишь тихо, в стороне. — Голос она понизила. — И фуру свою не пригоняй. Не хватало ещё такого позорища. На такси приедь.
Во время свадьбы мама долго говорила тост, плакала, благодарила родителей Руслана за щедрость, подругу — за помощь с платьем, тамаду. Даже голубям досталось спасибо. Она сказала, что отдала этой свадьбе всю душу и последние сбережения. Моего имени в её речи не было.
Елена прошла мимо столика у кухни в итальянском платье за триста тысяч. Наклонилась ко мне, не переставая улыбаться фотографу.
— Хоть бы оделась прилично, позорище. Как бабка с рынка сидишь. Хорошо ещё, тебя тут не видно.
Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
В начале рассказа было недоумение - как так мать двоих дочек и так со старшей.... Где же та совесть и честь... А в конце наревелась , ведь и вжизни так бывает , что не ценят то , что даётся от чистого сердца , воспринимают как должное.... Спасибо за публикацию👍👍👍👍