— прорычала женщина. — Или решила, что тебе тут все можно?
Она вскинула руку.
И вдруг Елена почувствовала странное спокойствие. Усталость была такой огромной, что даже страх отступил куда-то в сторону. Она посмотрела женщине прямо в глаза.
— Я не обязана перед вами отчитываться, — сказала она. — И не обязана просить разрешения у тех, кто сам давно потерял право судить других.
Женщина резко толкнула ее в плечо.
— Потерял право? Это ты здесь убийца. Только в белом халате. Самая страшная из всех. Ну что, покажем ей, как разговаривают с людьми?
Камера зашевелилась. Женщины начали подниматься с коек, окружая Елену плотным кольцом. Шум нарастал. Кто-то толкнул ее сбоку, кто-то дернул за рукав. Она пыталась удержаться на ногах, но все смешалось — лица, голоса, чужие руки. После сильного удара в спину она упала и потеряла сознание.
Очнулась Елена в больничной палате при учреждении. Первое, что она почувствовала, — теплая ладонь крепко держит ее руку.
— Быстрее сюда! Она пришла в себя! — услышала она взволнованный мужской голос.
Елена медленно открыла глаза. Над ней склонился мужчина средних лет. Лицо казалось знакомым, но сознание еще не успело собрать память воедино.
— Леночка, слышишь меня? Как ты? — тихо спросил он. — Все обошлось. Ссадины, ушибы, гематомы, но серьезных повреждений нет. Ты поправишься.
Память ударила резко: чужая камера, голоса, толчки, падение. Глаза снова наполнились слезами.
Мужчина сжал ее руку крепче.
— Пожалуйста, не плачь. Теперь ты в безопасности. Больше такого не повторится. Я обещаю. Прости, я не знал, что тебя сюда этапировали.
Он помолчал, словно боялся торопить ее.
— Ты меня узнаешь?
