Этот немой вопрос звучал настолько громко, что, казалось, мог пробить толстые бетонные стены. В последующие дни Лейла продолжала тихо сидеть в своей камере, ведя себя абсолютно как обычно. У нее не наблюдалось ни приступов паники, ни каких-либо признаков острого психоза.
Но сама тюрьма казалась потрясенной до самого своего основания. Некоторые сотрудники перешептывались, предполагая, что заключенная спланировала эту акцию с самого начала. Женщина, которой грозит провести всю жизнь за решеткой, способна пойти на любые крайности ради спасения.
Но если ее главной целью было избежать сурового наказания, почему она скрывала личность отца? Почему она не подала прошение об амнистии значительно раньше, когда только узнала о своем положении? Почему она упорно молчала долгие месяцы, пока ее тайна не раскрылась совершенно случайно?
Внутренняя следственная комиссия окончательно зашла в глухой, беспросветный тупик. Количество отчетов множилось с каждым днем, заполняя папки на столах начальства. Но каждый найденный ответ лишь порождал десятки новых, еще более сложных вопросов.
Не было ни испорченных камер наблюдения, ни сломанных замков, а персонал строго следовал протоколам. При этом неопровержимая правда была абсолютно ясна всему медицинскому отделу. Заключенная Лейла Худа Аль-Фаиз действительно вынашивала живого, здорового ребенка.
И если ее утверждения были правдивы, то это не результат технической ошибки или тайной связи. Тогда что же на самом деле произошло в темных коридорах тюрьмы? В ту ночь директор держал в уставших руках тридцать страниц подробных отчетов и анализов.
Несмотря на обилие бумаг, в его голове настойчиво крутился лишь один неразрешимый вопрос. Как именно эта хрупкая женщина смогла осуществить задуманное в условиях строжайшей изоляции? Когда официальное расследование окончательно застопорилось, у руководства лопнуло терпение.
Абсолютно все камеры, двери и даже тарелки с тюремной едой были проверены максимально тщательно. Но наличие развивающегося плода в животе Лейлы по-прежнему оставалось пугающе необъяснимым фактом. Наконец, техническая служба обнаружила одну важную деталь в летних журналах дежурств.
В июле там числился мужчина-заключенный, которому поручили уборку технического помещения. Это помещение находилось как раз между главным административным зданием и охраняемым женским блоком. Мужчинам строго запрещалось приближаться к женской зоне, но это задание почему-то ускользнуло от внимания.
Имя этого заключенного бросалось в глаза, как яркое чернильное пятно на чистой странице. Его звали Рами Джалал Аль-Наджар, ему было двадцать шесть лет. Он отбывал тридцатимесячный срок за умышленное нанесение телесных повреждений без смягчающих обстоятельств.
На суде у него даже не было собственного адвоката для полноценной защиты. В его личном деле была сделана лишь одна краткая пометка: «вспыльчивый характер». Однако его жизненная история до тюрьмы была весьма примечательной и глубоко трагичной.
Рами всегда был блестящим отличником — как в школе, так и в престижном университете. На четвертом курсе медицинского факультета он даже занял второе место на национальной олимпиаде по биологии. Его отец работал военным врачом и героически погиб в спасательной операции во время сильного наводнения.
После этой трагедии мать Рами пережила тяжелый нервный срыв. Молодому человеку пришлось полностью взять на себя заботу о младшей сестренке. Чтобы хоть как-то свести концы с концами, он подрабатывал в больнице и давал частные уроки.
В одну холодную зимнюю ночь, проходя мимо дома своей сестры, он стал свидетелем ужасной сцены. Пьяный мужчина пытался силой затащить испуганную девушку в темный переулок. Не раздумывая ни секунды, Рами со всей силы ударил нападавшего тяжелым гаечным ключом.
Насильник выжил, но получил необратимое повреждение головного мозга от мощного удара. Рами был немедленно арестован прибывшей полицией прямо на месте преступления. Выдвинутое против него обвинение полностью подтвердилось в ходе короткого следствия.
Поскольку случайных свидетелей нападения не оказалось, суд не стал смягчать приговор. Оказавшись за решеткой, молодой человек вел себя предельно спокойно и дисциплинированно. Благодаря своим отличным техническим навыкам он получил официальное разрешение помогать персоналу с мелким ремонтом…
