Хотя даже в тюремных отчетах представленная информация оказалась крайне противоречивой: то ли арестант совершил суицид, то ли скоропостижно скончался из-за обширного сердечного приступа. По второй официальной версии Бриллиант якобы внезапно почувствовал себя плохо во время мытья в душе на глазах у других заключенных, после чего упал и моментально умер. Во всяком случае, в официальных медицинских документах сухой причиной неожиданной смерти на бумаге значился банальный несчастный случай.
Примечательно, что сразу после известия о гибели Бабушкина в большинстве исправительных лагерей страны мгновенно вспыхнул масштабный воровской бунт. Скрытые призывы к массовым беспорядкам посредством тайных маляв и воровских посланий молниеносно разлетались в ту пору по всем строгим местам лишения свободы. Бунтующие заключенные массово отказывались выходить на работу, добывали алкоголь, полностью игнорировали любые законные требования тюремного руководства и даже захватывали надсмотрщиков в заложники.
Все эти стихийные мятежи жестко и успешно подавлялись прибывшим вооруженным спецназом, но эффекта хватало лишь ненадолго. Спустя совсем непродолжительное время озлобленные зэки опять принимались за свое, требуя уважения к правам осужденных. Своим невероятным упорством и сплоченностью сидельцам в итоге удалось добиться от властей вполне реального послабления строгого режима содержания.
Например, в летнюю жару арестантам наконец-то были официально разрешены легкие рубашки с короткими рукавами, а прохладными вечерами зэки смело надевали удобные спортивные костюмы. Кроме того, унизительно начисто обритые головы осужденных повсеместно сменились более привычными гражданскими прическами в аккуратном стиле полубокс. Также администрацией был существенно увеличен скудный арестантский паек продовольствия и официально расширено разрешенное количество долгожданных свиданий с близкими родственниками.
Сам же Вася Бриллиант навсегда нашел свое последнее пристанище на 89-м отдаленном участке местного городского кладбища вблизи спецколонии. В самом начале его сиротливую могилу венчал самый обычный деревянный арестантский столбик без указания имени, фамилии, а также точных дат рождения и смерти. Единственной опознавательной надписью на этом скромном деревянном колышке был лишь сухой инвентарный тюремный номер покойного заключенного.
Однако некоторое время спустя у изголовья убитого лидера все-таки появился достойный каменный памятник, который специально привезли издалека. Монумент бережно установили на могиле верные товарищи Бабушкина — авторитетные воры в законе Вася Бузулуцкий и Виктор Максимов, широко известный в узких кругах как Малина. Прошло еще немного времени, и этот скромный первый постамент сменил по-настоящему шикарный гранитный мемориал общим весом около восьми тонн…
