На провокационные вопросы гордых сидельцев о том, не «западло» ли вору в законе махать метлой, Вася невозмутимо отвечал, что летать он пока не научился. Бриллиант логично рассуждал, что раз уж он сам ежедневно ходит по этому полу, то и убирать за собой продолжит без лишних возмущений. А еще Бриллиант всегда возил с собой по тюремным пересылкам и колониям весьма увесистую сумку.
Внутри этой объемной котомки находился не ценный на зоне провиант или сигареты, а исключительно книги известных классиков, столь почитаемых Бабушкиным. Владимир сам постоянно их перечитывал и не жадничая давал ознакомиться скучающим сокамерникам, для которых основным развлечением служили только азартные карточные игры. Несмотря на всю свою визуальную безобидность и интеллигентность, авторитет на любой зоне Бабушкин имел абсолютно непререкаемый.
Все накопившиеся спорные вопросы арестантов опытный законник решал максимально быстро и безапелляционно. Например, во время его длительного пребывания в крупной городской пересыльной тюрьме у двух агрессивных заключенных вышел серьезный конфликт. Зэки играли друг с другом в карты, и после окончания напряженной партии каждый из них стал горячо утверждать о своей победе.
В результате оба шулера стали нагло требовать от оппонента выплатить крупную сумму денег в качестве выигрыша. Слово за слово возникла масштабная ссора, к которой быстро подключились остальные сокамерники, достав заточки и приготовившись к кровавому бою. В этот критический момент со своего спального места неспешно поднялся Вася Бриллиант и уверенно встал прямо между оппонентами.
Вор жестко заявил, что оба спорщика теперь обязаны внести в воровской общак солидный штраф, а карты в руки им брать отныне категорически запрещалось. На этом справедливом вердикте конфликт был мгновенно исчерпан, ведь возразить такому влиятельному авторитету никто из присутствующих не посмел. Благодаря своему колоссальному влиянию Бриллиант мог буквально одним щелчком пальцев спровоцировать массовый бунт среди заключенных.
Эта уникальная организаторская способность в итоге сыграла с пожилым вором очень злую шутку. В середине 80-х годов, когда Бабушкин находился в исправительном учреждении строгого режима в отдаленном лесном поселке, его внезапно определили в камеру-одиночку. В ответ на изоляцию лидера в колонии моментально вспыхнул яростный и неконтролируемый бунт.
Руководство этой образцовой зоны, находящейся под полным контролем тюремщиков, а не криминалитета, было вынуждено унизительно обратиться к Бабушкину с просьбой унять своих подопечных. Однако принципиальный законник наотрез отказался помогать администрации в подавлении справедливых возмущений арестантов. После этого демарша сверху было вынесено жесткое решение отправить непокорного вора в печально известную своими пыточными порядками спецколонию «Белый Лебедь»…
