— Я ничего плохого не сказала. Просто удивительно, как быстро некоторые женщины умеют закрепиться в нужном месте.
— Ещё одно слово — и ты пожалеешь.
Виктория приподняла бровь.
— Значит, задело. Ребёнок меняет правила, не так ли? Очень удобный способ сделать временное постоянным.
Он не ответил. Только сжал пальцы так, что побелели суставы. Но внутри вдруг ясно понял: её намёки больше не имеют власти. Когда-то они могли бы посеять сомнение. Теперь вызвали лишь отвращение.
Вернувшись домой, Артём нашёл Софию в комнате. Она держала книгу, но не читала, взгляд был рассеянным.
— Виктория знает, — сказал он.
София подняла глаза.
— Откуда?
— Неважно. Важно, что она попытается использовать это.
— Разумеется, попытается, — устало ответила София. — Она использует всё, что может причинить боль.
— У неё не выйдет.
София всмотрелась в него. В голосе Артёма была твёрдость, но не та холодная самоуверенность, с которой он когда-то обсуждал свой план. Теперь он будто защищал не образ, а нечто живое. И это пугало её почти так же сильно, как давало надежду.
Пасмурным днём Артёму пришло сообщение от Виктории. Она просила встретиться, чтобы «закрыть незавершённое». Он понимал, что это может быть ловушка, очередная попытка вернуть влияние, но всё же согласился. Ему хотелось поставить точку не в словах для других, а внутри себя.
Они встретились в небольшом дорогом ресторане, где столики стояли далеко друг от друга, а официанты умели исчезать до того, как разговор становился личным. Артём пришёл раньше и выбрал место в углу. Виктория появилась через несколько минут, уверенная, красивая, с той самой улыбкой, которая раньше заставляла его забывать осторожность.
— Спасибо, что пришёл, — сказала она, садясь напротив.
— Говори.
— Неужели между нами теперь только этот тон?
— Между нами осталось только прошлое. И я не намерен тратить на него вечер.
Виктория сделала медленный вдох, будто сдерживала обиду.
— Я хотела честно поговорить.
— Честность? Неожиданный выбор с твоей стороны.
Она усмехнулась, но смех прозвучал натянуто..
