Снегоход.
Не его.
Его старый узкий снегоход оставлял грубый отпечаток, как от трактора: гусеница около пятидесяти сантиметров, крупные грунтозацепы. От ручья же тянулась ровная широкая полоса — около шестидесяти сантиметров. Мелкие косые ёлочки рисунка по краям дополняли треугольные шипы, как зубчики, через одинаковые промежутки.
Такую гусеницу ставили на новые дорогие импортные машины. Похожую Андрей встречал в районе лишь у одного человека. Присев, он приложил к следу варежку. Потом вынул телефон и поместил возле отпечатка, чтобы был понятен масштаб, после чего сделал снимок.
Оттуда к лосихе шли две пары узких пластиковых лыж с противооткатной насечкой. В каждом отпечатке одной правой лыжи, возле самого носка, повторялась косая щербинка: будто треснувший нос склеили.
— Капитан, подойдите сюда.
Дорош подошёл, проваливаясь в снег.
— Моя машина у сарая, можете гусеницы сравнить. Здесь другая прошла, — показал Андрей. — И лыжи не мои. Камус оставляет гладкий, как от санок, след, без рисунка. Тут пластик, насечка, а возле носка повреждение. Вот оно.
Дорош присел и долго рассматривал отпечатки.
— К чему ты ведёшь?
— После метели сюда двое приходили. На пластиковых лыжах, с импортным снегоходом. От ручья. А ручей куда выходит?
— К реке, — ответила Ольга Александровна.
— Именно. А за рекой база.
Старший тоже подошёл посмотреть.
— Это ещё не доказательство. Ездить мог кто угодно. Те же охотники, что лосиху обнаружили.
— Когда они сюда пришли?
— Вчера, в семь вечера.
— На чём добрались?
Проверяющий перелистал блокнот.
— Сказали, с дороги пешком.
— По целине три километра? В семь вечера, уже в темноте? Зачем?
Ответа не последовало.
До завершения проверки Андрея всё равно отстранили — так требовалось. Перед отъездом Ольга Александровна взяла его за рукав.
— Верю я тебе, Андрюшенька. Не обижайся. Отстранила сама, чтобы другие не сделали. Оставайся на кордоне, никуда не ходи. Лыжи свои побереги.
Он кивнул. Проводив всех, долго стоял возле окна. Через реку темнела полоса бора, за ней была база; к вечеру там зажигались огни.
Вспомнился октябрь, когда ему было десять. Он впервые без отца колол возле сарая дрова и почувствовал чей-то взгляд. Красное пальто женщины виднелось за ручьём: она стояла у старой берёзы, на опушке. Лица издали не разобрать. Она смотрела и не уходила.
Он помахал ей, но женщина не ответила. Тут из избы вышел отец, заметил её, коротко и страшно процедил что-то сквозь зубы. Быстро зашагал к опушке. Женщина повернулась и скрылась в лесу.
— Кто там был? — спросил мальчик.
— Грибница заблудилась. В дом иди.
Тогда он поверил. Теперь у окна стоял Андрей, которому было без малого тридцать, и ему снова было десять. Нет, ни на секунду он тогда не поверил. Хотел поверить — иначе пришлось бы думать, почему она ушла в лес, не подойдя к нему.
В пятницу вечером, на шестой день после свадьбы, Даша устроила Катю на кухне и занялась её обкусанными ногтями: пусть хоть маникюр будет как у людей. Девочка спала в кроватке, Антонина Олеговна вязала носок возле печки. Она и вспомнила о камере.
— У Дашкиной сестры в другом городе над кроваткой правнучки штука такая стоит, — заговорила она, ни к кому особо не обращаясь. — Смотрит всё, записывает. Маринка мне на телефоне показывала: дитё ночью ворочается. Я говорю: «Как в тюрьме». А она смеётся: зато спокойно.
Катя медленно подняла голову. Даша, покрывавшая её ноготь лаком, этого не заметила.
— Даш, погоди.
— Что, криво?
— На базе у нас тоже такая над кроваткой висела.
Катя вспомнила белую коробку, которую Максим привёз из города в декабре. На ней был изображён улыбающийся младенец, а внутри лежала камера: с присоской, микрофоном и подсветкой для ночной съёмки. Максим сам прилепил её к стене, выбрав место прямо над детской кроваткой. Но с настройкой возиться не стал, отдал Кате. На это у него, как всегда, терпения уже не хватило.
Она скачала приложение, зарегистрировалась на свою почту, придумала пароль. На предложение бесплатно хранить записи в облаке семь дней нажала согласие и забыла. Семь дней. Сегодня шестой.


















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.