Примерно через двадцать минут Бондаренко и Кравец вернулись к служебному внедорожнику. Молот по-прежнему сидел у дерева — живой, уже полностью пришедший в сознание.
— Что с тобой? — спросил Бондаренко.
— Ноги почти не слушаются.
— А девушка где? — резко спросил Артём Бондаренко.
— Ушла. Её увёл какой-то мужчина.
— Кто именно?
Молот потёр шею, где ещё чувствовался укол.
— Один. Сначала подобрался сзади: я почувствовал укол — и тело перестало слушаться. Когда движения начали понемногу возвращаться, я увидел его перед собой. Обычный с виду, спокойный. Вот что он в меня загнал.
Молот раскрыл ладонь. На ней лежал тонкий металлический дротик с тёмным следом у основания.
— Через него он что-то ввёл, — добавил Молот. — Я всё понимал, а пошевелиться не мог.
Артём взял дротик двумя пальцами и осмотрел.
— Бред какой-то.
— Я не брежу. Я его видел.
Вадим Кравец тем временем распахнул дверь служебного внедорожника.
— Поедем за ними, — бросил он. — Эта лесная дорога одна. Куда бы они ни направились, всё равно должны выйти на неё.
Он повернул ключ. Двигатель не отозвался, только сухо щёлкнул стартер. Вторая попытка дала тот же результат.
— Что за чертовщина? — Он уставился на приборы.
— Аккумулятор сел? — спросил Артём.
— Вчера проверял. Всё было в порядке.
Вадим выбрался наружу, поднял капот и направил внутрь луч фонаря. Ответ нашёлся почти сразу.
— Клемма снята.
— Кем?
Вадим обернулся. Артём смотрел в чёрную стену леса.
— Он возвращался сюда, пока мы метались между деревьями, — негромко произнёс Артём. — Значит, видел нас всех. Знает, сколько нас, какое у нас оружие и где стоит машина.
— А мы про него ничего не знаем, — сказал Вадим.
Артём не привык пугаться. За пятнадцать лет службы он слышал крики, видел кровь и встречал людей, которых не останавливало оружие. Но сейчас появилось редкое предчувствие: их противник лишь выглядел обычным. Он действовал слишком спокойно, точно и без лишних движений. Это спокойствие не было показным: мужчина всё замечал, ничего не делал напрасно и неизменно оказывался на шаг впереди.
— Кто он? — спросил Вадим.
— Не знаю. Может, бывший военный. Может, скрывается от кого-то.
— Или?
Артём помедлил.
— Или его специально учили подобным вещам.
— Такие случайно на глухой лесной трассе не оказываются.
— Он и не появился случайно. Он был здесь раньше нас. Где-то рядом стоит его старый внедорожник.
— Тогда уйдём пешком, — предложил Вадим. — До трассы несколько километров. Доберёмся и остановим попутную машину.
— Нет.
— Почему?
— Он видел наши лица. Если отпустим его, он заговорит.
— С кем? Если он сам прячется, ему тоже не нужны лишние вопросы.
— Мы этого не знаем.
Артём резко повернулся к остальным.
— Нас трое. У меня табельный пистолет, у Вадима нож. Молот, ты идти можешь?
Молот, опираясь на дерево, попробовал подняться.
— Ноги пока ватные, но уже слушаются.
— Вставай.
Со второй попытки он выпрямился, хотя его качнуло.
— Значит, двинемся втроём, — решил Артём. — Он один, и мы его найдём.
— Ночью? В таком лесу? — усомнился Вадим.
— По следам. С ним девушка, вдвоём они бесследно не уйдут.
Вадим опустил фонарь к земле. На тонком снегу действительно отпечаталась цепочка следов, уходившая между стволами на север.
— Есть.
— За мной.
Артём пошёл первым с фонарём и пистолетом. За ним двигался Вадим с раскрытым ножом, последним — тяжело ступавший Молот.
На снегу след читался ясно, а на голой земле Артём находил примятый мох и сломанные ветки. Вскоре он уверился, что ведёт остальных за беглецами.
Он не понимал, что им показывали лишь нужные отметины. Настоящий путь Ларисы Мельник уходил в другую сторону, а ложная цепочка вела преследователей к Остапу Мироновичу Савченко.
Остап шёл параллельно метрах в двадцати, видел луч и слышал шаги. Вооружённый Артём торопился впереди, Вадим держался осторожнее, ослабевший Молот отставал. Промежутки между ними росли. Остап считал шаги и по изменению звука понимал, где находится каждый из троих, хотя сам оставался невидимым.
За двое суток возле сломавшегося внедорожника Остап изучил окрестности: корни, ложбину под снегом, камни, устойчивые стволы и бесшумные проходы. Он запоминал, где легко споткнуться, откуда просматривается тропа и какой участок скрыт от света. В памяти сложилась карта трёхсот метров леса — подробная и точная.
С появлением троих мужчин карта стала рабочим инструментом. Оставив Ларису в своём внедорожнике, Остап незаметно вернулся к спрятанным верёвке и монтировке, проложил ложную дорожку и разместил оба приспособления на заранее выбранных участках.
Тонкая тёмная верёвка легла между деревьями на уровне щиколотки: не повалить, а сбить шаг. Монтировку Остап устроил на ветке в трёх метрах над тропой и привязал к другой верёвке, оставив конец у себя.
Это были лишь инструменты, дававшие преимущество тому, кто знал местность и умел выбрать секунду. Трое приближались к первой точке.
Артём ускорялся, Вадим проверял землю, Молот всё сильнее отставал.
Остап бесшумно сместился в сторону и продолжил путь параллельно тропе. До верёвки оставалось пятнадцать метров. Потом десять. Пять.
Ботинок Артёма задел верёвку. Она задержала лодыжку, он споткнулся, но не упал. Фонарь взлетел вверх, пистолет поднялся сам собой.
— Что там? — крикнул Вадим.
— Верёвка! Здесь кто-то протянул верёвку!
Остап дёрнул конец. Монтировка сорвалась и тяжело рухнула рядом. Вадим метнулся вбок, Артём развернулся и нажал на спуск.
Выстрел ушёл в темноту. Эхо прокатилось между стволами и несколько раз вернулось с разных сторон, будто стрелявших было много. Вдали вспорхнули птицы, сверху посыпался снег.
Артём стоял с вытянутым пистолетом и шумно дышал.
— Где он? — Вадим водил взглядом по сторонам.
— Не вижу.
— Стреляй!
— Куда стрелять, если там никого не видно?
Молот остановился примерно в десяти метрах позади и больше не двигался.
— Он рядом, — уже тише сказал Артём. — Где-то совсем близко.
— Сколько патронов осталось?
— Семь.
— Этого хватит, если он хоть на секунду покажется.
Давление заставило Артёма торопиться именно тогда, когда следовало замедлиться и всё проверить.
— Дальше, — приказал он. — Следы ещё видишь?
— Вижу.
— Идём…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
