Доказательства есть, деньги переведены, машина переоформлена. Адвокат предупрежден. Осталось только сказать ей.
Днем позвонила мать, спросила, как я. Я ответил, нормально, сегодня вечером поговорю с ней. Мать пожелала сил, сказала, что молится за меня.
Я поблагодарил, отключился. Вечером готовился как к бою. Принял душ, надел чистую рубашку, побрился.
Смотрел в зеркало, лицо осунулось за неделю. Круги под глазами, но взгляд твердый. Я готов.
Екатерина пришла в семь, как обычно. Веселая, рассказывала, что завтра суббота, можно выспаться. Предложила заказать пиццу, посмотреть фильм.
Я сказал спокойно, нет. Нам надо поговорить, серьезно. Она насторожилась, улыбка пропала.
Спросила, что случилось. Я жестом показал на диван, предложил сесть. Она села, я остался стоять.
Пошел в спальню, достал папку из сейфа, вернулся. Позвал её по имени: «Екатерина». Положил на журнальный столик перед ней.
Сказал ровно, открой. Она посмотрела на меня, потом на папку. Открыла.
Первая страница — фото, где она целуется с Олегом у машины. Ее лицо побелело. Екатерина смотрела на фотографию, губы дрожали.
Перевернула страницу. Переписка с Олегом, распечатанная, выделены маркером ключевые фразы. «Муж доверчивый, ничего не подозревает».
«Хочу быть только с тобой». Она листала дальше, руки тряслись. Фотографии из ее телефона.
В белье, в ресторане, после секса. Переписки, где они планируют встречи. Все разложено хронологически, датировано.
Она закрыла папку резко, подняла голову. Лицо белое, глаза расширены. Спросила хрипло.
«Откуда?» Я ответил холодно, что это неважно. Важно то, что я знаю. Три месяца ты изменяешь с женатым коллегой, планируешь бросить меня, и заразила меня сифилисом.
Последнее слово ударило, как пощечина. Она вздрогнула, прижала руку ко рту. Прошептала.
«Что?» Я повторил жестче. «Сифилис, Екатерина».
Венерическое заболевание. Я обнаружил у себя язву две недели назад. Сдал анализы.
Диагноз подтвержден. Лечусь. А ты, судя по всему, даже не заметила у себя симптомов.
Или заметила, но промолчала? Она замотала головой, слезы потекли. «Нет, нет, я не знала, клянусь!»
Я встал перед ней, руки скрестил на груди. «Не знала? Или не хотела знать?»
Сколько раз ты спала с ним без защиты? Она всхлипнула, не ответила. Я продолжил.
«В ваших переписках упоминается, что вы не предохраняетесь. Он обещал, что здоров. Ты поверила женатому мужику, который изменяет жене, и не проверила?»
Она закрыла лицо руками, плечи тряслись. Я смотрел на нее без жалости. Две недели назад я бы бросился утешать, обнял бы, успокоил.
Теперь чувствовал только холодную ярость. Она подняла голову, лицо в слезах. Начала говорить сбивчиво.
«Прости, прости меня, пожалуйста. Это ошибка. Я не хотела».
«Все вышло случайно. Он был внимателен, ухаживал. Мне не хватало этого от тебя».
«Ты всегда на работе, усталый. Мы перестали разговаривать. Я чувствовала себя одинокой».
Он заполнил пустоту. Я слушал, сжимая кулаки. «Значит, это моя вина?»
Я виноват, что ты легла в постель с другим? Она замерла, потом судорожно замотала головой. «Нет, нет, я не об этом».
Я просто пытаюсь объяснить. Я прервал. Объяснять нечего.
Факты передо мной. Ты изменяла три месяца. Регулярно.
Планировала уйти. Написала ему, что не любишь меня. Она всхлипнула громче.
Я не это имела в виду. Я была зла тогда. Мы поссорились с тобой.
Я попытался вспомнить. Какая ссора? Три месяца назад?
Ничего особенного не всплывало. Обычные бытовые перепалки, забытые через час. Для нее это стало оправданием измены?
Спросил жестко. «А Олег знает, что ты больна?» Она вздрогнула, прошептала.
«Я не больна. Я не знала». Я повысил голос.
«Ты заразилась от него, Екатерина. Сифилис не появляется из воздуха. Ты спала с ним незащищенным сексом».
Он принес болезнь. Заразил тебя. Ты заразила меня.
Теперь иди завтра в клинику. Проверяйся. Лечись.
Она закачала головой. Слова вырывались между всхлипами. «Не может быть».
Олег не такой. Он чистоплотный, аккуратный. Я рассмеялся зло.
Чистоплотный? Он женат. Двое детей.
Изменяет жене с тобой. Может, ты не единственная его любовница. Может, вас десяток, и каждой он обещает вечную любовь.
Она посмотрела на меня, в глазах ужас. «Нет. Мы особенные».
«Он любит меня. Обещал развестись». Я покачал головой….
