— Я не вру! — Алина почти закричала. — Я видела через окно кухни! Она достала флакон и капнула в тарелку! Человек может умереть!
— Слушай сюда, — голос охранника стал жестче. — Это не место для таких, как ты. Здесь ужинают люди, которые платят деньги, а не бегают с помойки к дверям.
Эти слова ударили больно, но времени на боль не было.
— Да послушайте же! — Алина шагнула ближе. — Я не прошу еды! Я не прошу денег! Там правда яд!
Охранник нахмурился. Теперь его раздражение сменялось злостью.
— Еще раз повысишь голос — вызову полицию. Поняла?
— Вы должны мне поверить!
— Я тебе ничего не должен.
Он положил руку на рацию, висевшую у груди.
Алина почувствовала, как внутри все проваливается. Если он сейчас вызовет подмогу, ее схватят, и тогда она точно не успеет. В зале кто-то уже может сидеть перед этой тарелкой. Может, уже взял вилку. Может, уже…
Она резко отступила на шаг.
— Хорошо, — прошептала она, опустив глаза. — Я уйду.
Охранник фыркнул.
— Давно пора.
Алина повернулась и пошла вдоль стены, стараясь выглядеть так, будто действительно сдалась. Но едва скрылась за углом, сразу прижалась к холодному камню и стала наблюдать за входом.
Охранник вернулся на свое место. Он поправил куртку, оглянулся на дорогу, сунул одну руку в карман. Его внимание снова стало рассеянным. Алина понимала: открыто пройти не получится. Нужно дождаться момента.
Мимо ресторана проходили нарядные пары, останавливались машины, кто-то смеялся у дверей. Алина смотрела, не мигая, хотя глаза щипало от ветра. Каждая секунда казалась потерянной. Сердце колотилось так сильно, что ей казалось — охранник услышит его даже из-за угла.
И тут к входу подъехала темная блестящая машина.
Охранник сразу оживился. Он расправил плечи и сделал несколько шагов вперед, чтобы открыть дверь пассажирам. Из машины начали выходить гости — мужчина в длинном пальто и женщина в светлом платье под меховой накидкой. Охранник слегка поклонился, придерживая дверь.
Алина поняла: сейчас.
Она сорвалась с места.
Бежала почти бесшумно. Босые ноги касались холодного камня, старая куртка не шуршала. Девочка пригнулась, проскользнула за спинами гостей и в последний момент юркнула в приоткрытые стеклянные двери. Ее плечо едва не задело косяк, но она удержалась и метнулась в сторону, прячась за высокой декоративной колонной.
Внутри оказалось еще ярче и роскошнее, чем она представляла.
Пол из светлого камня сиял так, что в нем отражались люстры. По стенам висели картины в тяжелых рамах, между столиками стояли большие вазы с цветами, пахло дорогой едой, духами и полированной мебелью. Гости сидели за белыми скатертями, негромко разговаривали, поднимали бокалы, смеялись так спокойно, будто мир за стеклянными дверями не существовал.
Алина на мгновение замерла.
Она чувствовала себя здесь чужой до боли. Ее грязные ноги стояли на холодном блестящем полу. Старая куртка, пятна, спутанные волосы — все это казалось ей еще заметнее среди чистоты, света и дорогих тканей. Ей захотелось спрятаться, исчезнуть, стать невидимой.
Но где-то в зале была тарелка с ядом.
Это заставило ее снова двигаться.
Алина присела за большой вазой с белыми цветами и осторожно выглянула. Официанты плавно скользили между столами. На подносах стояли бокалы, тарелки, серебристые приборы. Ей нужно было найти того самого официанта. Того, кто забрал блюдо с кухни.
Сначала глаза разбегались. В зале было слишком много людей, слишком много света, слишком много движения. Она видела блестящие украшения, темные костюмы, белые салфетки, улыбки, руки, поднимающие бокалы. Но потом ее взгляд зацепился за знакомый поднос.
Официант с той самой тарелкой двигался к центральному столику.
Там сидело несколько человек, но главный среди них сразу выделялся. Мужчина лет сорока, в строгом дорогом костюме, с усталым, но уверенным лицом. Он держался спокойно, почти сдержанно. Остальные то и дело обращались к нему, будто его мнение было самым важным за столом.
Алина узнала его.
Виктор Левин.
Она видела его лицо в старых газетах, которые находила возле мусорных баков: фотографии с деловых встреч, упоминания о крупных проектах, снимки рядом с Дианой. Значит, тарелка предназначалась ему. Его собственная жена добавила яд в его еду.
У Алины перехватило дыхание.
Официант уже ставил блюдо перед Виктором.
Девочка сжала кулаки. Она должна была действовать прямо сейчас. Но тело словно не слушалось. В голове мелькнуло лицо охранника, его рука на рации, чужие взгляды, смех прохожих, слова женщины в темном пальто.
«Тебя никто не услышит».
Но потом она увидела, как Виктор взял вилку.
И страх отступил.
Алина выскочила из-за вазы и побежала к столу. Несколько гостей удивленно повернули головы. Официант сделал шаг навстречу, пытаясь ее остановить, но она проскользнула мимо него.
— Не ешьте! — закричала она.
Ее голос резко прорезал мягкий гул ресторана. Разговоры оборвались. Люди начали оборачиваться.
Виктор поднял глаза. Вилка уже была в его руке. На лице появилось недоумение.
— Не трогайте это блюдо! — Алина почти падала от бега, но продолжала кричать. — Там яд!
За столом воцарилась тишина. Кто-то ахнул. Женщина справа от Виктора отодвинулась на стуле.
— Что происходит? — раздраженно спросил один из гостей.
— Ваша жена… — Алина посмотрела прямо на Виктора, пытаясь говорить быстрее, пока ее не схватили. — Я видела ее на кухне! Она подлила что-то из флакона в вашу тарелку! Не ешьте!
На секунду ей показалось, что она успела.
Но следующая секунда разрушила эту надежду.
Виктор уже поднес вилку ко рту. Возможно, он сделал это машинально, еще до того, как понял смысл ее слов. Возможно, не поверил. Возможно, просто не успел остановиться.
Кусок блюда оказался у него во рту.
Алина застыла.
— Нет… — прошептала она.
Виктор нахмурился. Его лицо изменилось не сразу. Сначала он будто хотел что-то сказать, даже усмехнуться недоуменно. Потом пальцы на вилке напряглись. Он сглотнул, но вдруг побледнел.
На лбу выступили мелкие капли пота.
— Виктор? — кто-то рядом тревожно наклонился к нему.
Мужчина попытался сделать глоток вина, но тут же закашлялся. Кашель был резким, болезненным. Он схватился за край стола, будто пол под ним качнулся. Вилка упала на тарелку с тонким металлическим звоном.
В зале поднялся шум.
— Ему плохо!
— Позовите врача!
— Что с ним?
Алина бросилась к нему.
— Это яд! — закричала она. — Я же сказала! Вызовите скорую!
Но вместо того чтобы сразу помочь, люди вокруг задвигались хаотично. Кто-то резко отодвинул стул и отступил подальше. Кто-то достал телефон. Кто-то начал снимать. Официант побледнел и стоял с подносом в руках, не зная, что делать.
Виктор попытался подняться, но ноги не удержали его. Он схватился за грудь, дыхание стало тяжелым и прерывистым. Его лицо теряло цвет, глаза мутнели.
Алина подбежала ближе и схватила его за руку.
— Слышите меня? Держитесь! Пожалуйста, держитесь!
— Уберите ее! — вскрикнула женщина в дорогом платье. — Кто она вообще такая?
— Она что-то сделала! — раздался мужской голос из толпы. — Она ворвалась к столу!
Алина резко повернулась…
