Первыми тревожными сигналами стали поздние возвращения Богдана. Прежде он приходил к семи, и Оксана почти безошибочно угадывала минуту, когда в замке повернётся ключ, а из прихожей донесётся привычное: «Оксан, я дома». Постепенно семь вечера сменились восемью, затем девятью. Вскоре Богдан начал появляться после десяти.
Однажды он ввалился домой около половины двенадцатого. Оксана уже лежала с книгой в постели. От мужа пахло табачным дымом и чужими духами — впрочем, запах духов она тут же постаралась объяснить случайностью.
Дым не удивлял: Богдан иногда курил после работы вместе с сослуживцами. А духи наверняка остались в лифте после какой-нибудь слишком щедро надушенной пассажирки.
— Почему так поздно? — спросила Оксана, продолжая смотреть в книгу, хотя строчки перед глазами уже расплывались.
— Проект горит, — отозвался Богдан из ванной под шум включённой воды. — Готовим закупки на следующий квартал, подрядчики задерживают всё, директор нервничает. Ты ведь сама знаешь, как бывает.
Она действительно знала. Ей самой не раз приходилось работать допоздна из-за приближавшихся сроков, поэтому Оксана кивнула и снова опустила взгляд на страницу. Богдан лёг рядом, отвернулся к стене и уже через минуту ровно дышал. А жена долго смотрела в темноте на потолок, не в силах избавиться от смутного чувства неправильности. Оно напоминало едва заметный сквозняк: самой щели не видно, но холод всё равно ощущается кожей.
Затем изменилось его отношение к телефону. Прежде Богдан обращался с ним беспечно: мог бросить на столе, забыть на подоконнике или оставить в кармане куртки. Теперь телефон словно превратился в часть его самого. Муж брал его в ванную, нёс с собой на кухню, когда шёл попить воды, и даже перед выходом с мусором обязательно прятал в задний карман джинсов.
Появилась ещё одна настораживающая привычка: Богдан всегда клал телефон экраном вниз. На кухонной стойке, тумбочке или столе — неизменно перевёрнутым, будто на дисплее могло возникнуть то, чего жене видеть не полагалось.
Как-то утром Оксана спешила на работу, пока муж принимал душ. Её собственный телефон разрядился, и она машинально потянулась к лежавшему на кухонном столе аппарату Богдана, чтобы посмотреть время. Стоило перевернуть его, как экран вспыхнул. В уведомлении из мессенджера отображались буква «Ю.» и начало сообщения: «Сегодня вечером не получится…» Остальная часть строки не поместилась.
Почти сразу из ванной послышались торопливые шаги. На кухонном пороге появился Богдан — с мокрыми волосами и полотенцем на бёдрах.
— Это мой телефон, — произнёс он и быстро забрал аппарат из её руки.
В голосе не было явной грубости, но движение оказалось чересчур поспешным.
— Я лишь хотела узнать время, — объяснила Оксана. — Мой телефон разрядился.
— Там рабочие чаты. Пожалуйста, не бери его. Мы обсуждаем с подрядчиками конфиденциальные вещи.
Он говорил спокойно и смотрел ей прямо в глаза. Потом улыбнулся, поцеловал жену в щёку и ушёл одеваться. Оксана осталась возле стола с чашкой остывшего кофе.
Кто скрывался за буквой «Ю.»? Юрист? Юрий? Юлия? Она тут же одёрнула себя. Нельзя становиться женщиной, которая тайком проверяет телефон мужа и допрашивает его из-за каждой случайно увиденной буквы. Забот у неё и без этого было достаточно…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
