---
Поля замерла. Стало трудно дышать; она несколько раз кашлянула.
— Ты же знаешь, какой он любопытный. Вот и спросил.
— Он ведь меня об этом спросил. И, по-моему, понимает тут больше, чем я сам.
— А, да. Поняла.
От собственных догадок Поля чуть не расплакалась. Никита и в самом деле был проницательным. Наверное, заметил, как она относится к Артёму, а в Артёме ничего такого не разглядел. Вот к нему и обратился со своим вопросом.
— Если ты не против, я сама с ним поговорю, — с трудом выговорила она. — Объясню ему всё.
— Бесполезно. Он видит насквозь.
Артём сделал два шага вперёд и поцеловал её. Поля подумала, что ей снова снится сон. Голова кружилась так, будто звёзды над ними завели хоровод.
— Если с тобой или с Никитой что-нибудь случится, я не переживу, — прошептал Артём.
— А мы ещё живы? И всё ещё на земле? — проговорила она, прикрыв глаза.
— Мне и в голову не приходило, что кто-нибудь может так ко мне относиться. Если только… — Артём усмехнулся и подхватил её на руки.
Среди ночи Поля проснулась у Артёма в комнате и не на шутку испугалась. Как Никита воспримет то, что между ними теперь всё иначе? Да, он сам спрашивал, почему они не женаты, но видеть, что они провели ночь вместе, ему ни к чему. Мало ли как он отнесётся к этому. Вдруг разволнуется и болезнь вернётся?
Было и другое. За несколько лет брака Поля ни разу не испытала ничего похожего на то, что произошло между ней и Артёмом этой ночью. Это пугало её всерьёз. Утром надо будет взглянуть ему в глаза, а как — она не знала.
Собралась Поля без шума, а за дверь выскользнула в один миг. По посёлку шла быстро, низко опустив голову, словно школьница, за которой следят из каждого окошка. Вот и калитка дома, куда она приехала на один день и где прожила уже почти год.
На крыльце сидел Павел Васильевич. Поля чуть не сгорела со стыда. Он наверняка обо всём догадался, а если и нет, то по её пылающему лицу сейчас догадается.
— Полюш, посиди со мной немного. Не спится старику, а я давно хотел тебя кое о чём спросить. — Она села рядом, стесняясь на него посмотреть. — Я, кажется, понимаю, чего Артём боится. А тебе-то что мешает начать новую жизнь?
Поля резко повернулась к нему. На его лице были мелкие, едва заметные морщины.
— Я не хочу его разочаровать, — ответила она не задумываясь.
— А чем ты можешь его разочаровать?
— Павел Васильевич, муж мне напоследок сказал, что я пустая. Пустоцвет. Вы понимаете, что это значит?
— Понимаю. Ты и сама теперь так про себя думаешь?
— У нас со Станиславом детей не было. Значит, он правильно сказал.
— Дурак он у тебя, уж извини. Сейчас медицина так далеко шагнула, что родить ребёнка не так уж сложно. Да и усыновить можно. Выход всегда есть. Только твой Станислав его всё равно не увидел бы. Он, похоже, дальше собственного носа не видит. А Артём видит. И ни за что бы тебя не упустил, если б сам не боялся.
— Что вы имеете в виду? — напряжённо спросила Поля.
Павел Васильевич вздохнул.
— Счастливым он боится быть. Сама знаешь почему. За себя он не тревожится, а вот за тебя — да. Если к нему в дом снова придёт беда, он не хочет, чтобы ты оказалась рядом. Понимаешь?
Поля кивнула, сглотнула ком в горле и встала. И вдруг заулыбалась.
— Спасибо, Павел Васильевич. Я к нему пойду.
Обратно Поля бежала. Её возвращения ждали там, у яблони. И Артём, и Никитушка. Она была нужна им, а они — ей.
Артём не спал. Сидел на кухне перед кружкой остывшего чая. Услышав скрип двери, поднял голову. Сколько всего было у него во взгляде. Они смотрели друг на друга и молчали, словно в эту минуту их души разговаривали.
— Уже утро?
Оба повернулись к двери. Никита стоял в проёме и тёр глаза.


















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.