У Савы перехватило дыхание. Он перечитал строку раз, другой, третий. Если ребенок был недоношенным, как он мог быть зачат тогда, о чем шипел Федор? Как мог родиться «в срок», если врачи прямо писали обратное? Комната качнулась перед глазами. Сава сорвался с места и помчался к дому приятеля.
Федор, как выяснилось, уже вторую неделю беспробудно пил. Сава ворвался к нему, схватил за грудки первого попавшегося собутыльника, потом самого Федора и сквозь зубы потребовал назвать, с кем Марина ему изменила. Федор только криво ухмыльнулся. Мутные глаза его почти не отрывались от недопитой бутылки.
В этот момент в комнату вбежала перепуганная мать Федора. Она бросилась к Саве, повисла на его руках, плакала, умоляла не калечить ее никчемного сына. Женщина клялась, что Марина была верна Саве, что никакой измены не было и быть не могло.
Она призналась, что Федор всё выдумал от зависти и злобы. Пока Сава служил, он сам пытался добиться Марины, ходил за ней, приставал, но девушка прогнала его и пригрозила так, что он долго не решался показываться ей на глаза. А потом затаил обиду.
Тут подал голос и сам Федор. Он вдруг расхохотался истерично, неприятно, почти по-безумному. Сказал, что Марина должна была быть его, потому что он любил ее сильнее всех. Уверял, что сделал бы ее счастливой, если бы она только посмотрела в его сторону. Но она, гордая и верная, ждала Саву и не замечала никого вокруг. За это Федор и назвал ее дурой…
