Ей нужно было к Ильину. Адрес нотариуса из чека нашелся в сети быстро — цокольный этаж кирпичной новостройки в соседнем спальном районе.
Ступеньки, ведущие вниз, в подвальное помещение, были покрыты тонким слоем наледи. Тяжелая железная дверь с латунной табличкой «Нотариальная контора» поддалась не сразу, петли издали протяжный скрип. Внутри горел тусклый желтый свет люминесцентных ламп. В воздухе висел стойкий химический запах средства для мытья стекол с нашатырным спиртом. За высокой пластиковой стойкой сидела девушка с длинными нарощенными ногтями цвета фуксии. Она методично кликала мышкой, глядя в монитор.
— Мне нужен Илья Андреевич, — сказала Мария. Она расстегнула сумку, достала бумажную копию договора, которую вчера дал ей адвокат, и положила на стойку. Бумага легла ровно, закрыв часть клавиатуры секретаря.
— Прием только по записи, — не поднимая глаз, механически ответила девушка.
— У меня вопрос по делу о мошенничестве в особо крупных размерах.
Щелчки мышки мгновенно прекратились. Девушка подняла взгляд. В ее глазах не было ни испуга, ни интереса — только профессиональная оценка потенциальной проблемы. Она медленно встала, поправила юбку и скрылась за дверью из матового стекла. Вернулась она ровно через минуту.
— Проходите. Кабинет прямо по коридору.
Кабинет нотариуса пах дешевым трубочным табаком, застарелой бумажной пылью и черным кофе. Ильин оказался грузным, лысеющим мужчиной с рыхлым лицом и тяжелым, оценивающим взглядом. На его мизинце тускло блестел золотой перстень-печатка. Он сидел за массивным столом из темного дерева, который был плотно завален стопками картонных папок.
Мария подошла вплотную к столу. Положила копию договора перед ним.
— Четыре дня назад вы заверили этот договор поручительства. Я его не подписывала. Меня физически не было в городе в этот день, я была в командировке на заводе в области. Билеты на электричку и пропуски сохранены.
Ильин не притронулся к бумаге. Он медленно отодвинулся от стола. Выдвинул нижний ящик. Дерево протестующе заскрипело. Он достал толстый, неподъемный амбарный журнал в твердом бордовом переплете. Бросил его на стол. Поднялось облачко пыли.
— Дата оформления? — сухо спросил он.
Мария назвала число.
Толстый палец с пожелтевшим ногтем пополз по мелким строчкам. Страницы шуршали сухо и громко. Палец остановился в самом низу листа…
