«Неужели я так плохо воспитала дочь? Неужели только это и заслужила?» — думала она, но ответа не находила.
Слезы подступили к глазам. Она проглотила грубость дочери, как горькую таблетку. Попыталась успокоиться, взять себя в руки, но не смогла.
Внезапно к горлу подступила тошнота, а через секунду тело пронзила невыносимая боль. Валентина закричала, схватилась за стену и медленно сползла на пол.
Егор бросился к ней.
— Валя! Что с тобой?
— Егор… плохо мне… скорую вызывай…
— Но срок ведь еще не подошел! — растерянно пробормотал он.
— Вызывай! — взмолилась Валентина и снова закричала.
Лицо ее исказилось от боли. Терпеть больше не было сил. В следующую секунду она закатила глаза и безвольно обмякла на руках мужа.
Егор испугался так, что не смог сдержать слез. Дрожащими пальцами он набрал номер скорой.
— Потерпи, родная. Сейчас приедут. Сейчас в больницу поедем.
К приезду бригады Валентина была почти без сознания. До городского роддома они добрались почти через час.
На кушетке перед широкими дверями операционной Валентина, теряя последние силы, смогла только прошептать мужу:
— Прощай, Егор. Детей береги. Не бросай их.
— А ты? — сдавленно спросил он, и глаза его наполнились слезами.
— Меня, наверное, уже не будет, — едва слышно произнесла она.
Время в приемном отделении тянулось для Егора бесконечно. Даже человек, далекий от медицины, понимал: дети родятся семимесячными, недоношенными. А значит, все может обернуться очень плохо.
Боль сорвала в нем все засовы, за которыми он столько лет прятал чувства. Егор едва держался на ногах. Наконец он опустился на скамейку, запрокинул голову и провалился в тяжелое, мутное забытье.
Очнулся он от легкого прикосновения к плечу….
