«Мне кажется, мы разные люди. Прости». Я не плакала долго.
Я думала. И приняла правило, которое с тех пор не нарушала. Никто из мужчин рядом со мной не должен знать о семье.
До тех пор, пока я сама не буду уверена. Не в деньгах. В человеке.
Сергей появился на корпоративной вечеринке партнеров «Форвард Девелопмент». Он был гостем. Я была просто Катей из бухгалтерии.
Высокий, хорошо одетый, умеющий держаться в любой компании. Он сам подошел ко мне, что было неожиданно, потому что я стояла у стены со стаканом воды и ни к чему такому не располагала. Спросил, не скучно ли мне.
Я ответила: «Не скучно. Я считаю, сколько людей ушло за последние полчаса». Он засмеялся по-настоящему.
Невежливо. По-настоящему. Мы разговаривали долго.
Он рассказывал о себе без прикрас. Переговорщик по природе. Работает в продажах, умеет убеждать людей и знает об этом.
Что иногда мешает. Потому что он начинал убеждать даже тогда, когда не нужно. Мне понравилась эта честность.
Я ничего особенного о себе не рассказала. Бухгалтер, цифры, люблю порядок в таблицах. Он не выглядел разочарованным.
Я проверяла его долго, около полугода, он не торопил. Когда я наконец позволила себе поверить, это было осознанное решение, не порыв. Мы поженились тихо, без большой свадьбы.
Мой отец и братья были, его мать, Лидия Степановна, тоже. Она была в темно-бордовом костюме с цепочкой поверх ворота и смотрела на меня весь вечер с выражением человека, который пришел на чужой праздник и не понимает, зачем. В туалете, где мы случайно оказались одновременно, она спросила меня тихо, без злобы, почти любезно: «Катенька, а родители у вас есть?» «Отец», — сказала я.
Она кивнула. «Чем занимается?» — спросила она. «На пенсии», — ответила я. Она снова кивнула с таким видом, будто я подтвердила что-то, что она и так знала.
Первые месяцы я не замечала в ней угрозы, только неудобства, мелкие вещи, комментарии о том, что я готовлю, как человек, который привык к столовой, вопрос о том, когда же вы наконец возьметесь за себя, сравнение с подругами сына, всегда вскользь, всегда с улыбкой. Сергей при этом уходил в другую комнату или менял тему, не возражал, просто уходил. Я говорила ему об этом один раз, спокойно, без слез.
Он сказал, что мать просто такой человек, что она ко всем так и что я слишком остро реагирую. Я замолчала, запомнила. Потом случилось вот что.
Спустя полгода после свадьбы я попросила руководство «Форвард Девелопмент» рассмотреть кандидатуру Сергея на должность в коммерческом отделе. Не потому, что он об этом просил. Он тогда работал в другом месте, и там ему не нравилось. Просто я видела, что он хорош в переговорах, что компании нужен сильный человек в продажах и что это будет честная сделка: мы дадим ему шанс, он покажет, на что способен.
Генеральный директор Олег Викторович знал меня как специалиста и доверял моему суждению. Сергей прошел собеседование хорошо, уверенно, по делу. Его взяли.
Я никогда ему об этом не говорила, не из хитрости, просто не считала нужным. Он получил шанс, дальше сам. Он справлялся, по-настоящему.
Через год стал руководителем отдела, еще через 8 месяцев коммерческим директором. У него был настоящий талант убеждать клиентов и выстраивать отношения. Я гордилась им, не говорила вслух, но гордилась.
А потом он начал меняться. Не резко, постепенно, как меняется что-то, что давно шло не туда, но заметно это становится только тогда, когда все уже зашло далеко. Сначала появились маленькие замечания в сторону моей работы…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
