Лишь под утро тьма начала отступать. Первые бледные полосы света легли на верхний край траншеи, и солдат увидел гадюку гораздо отчётливее. Её защитная стойка постепенно ослабла. Рептилия опустила голову, развернулась к узкой щели между камнями и медленно поползла прочь. Через несколько мгновений она скрылась, словно многочасового противостояния никогда не было.
Мужчина ещё некоторое время не двигался, не веря, что путь наконец свободен. Затем заставил онемевшие ноги подчиниться, выбрался из траншеи и направился к лагерю. Сначала он шёл быстро, потом почти побежал. Неявка сменщика уже не оставляла надежды на обычное объяснение. Но даже самые тяжёлые предположения не подготовили его к тому, что ожидало впереди.
Преодолев несколько десятков метров, солдат резко остановился. На территории лагеря не было привычного движения, никто не окликнул его и не вышел навстречу. Среди вещей и военного снаряжения неподвижно лежали его сослуживцы. Проверив ближайших товарищей, он понял, что помочь им уже невозможно. После нескольких часов напряжения увиденное показалось настолько нереальным, что мужчина не сразу сумел сделать следующий шаг.
Он заставил себя обойти лагерь и отыскал исправную рацию. Дрожащими руками мужчина настроил её на нужную частоту, сообщил о нападении и вызвал подкрепление. До прибытия помощи ему оставалось только ждать среди погибших товарищей, вновь и вновь вспоминая часы, проведённые у выхода из траншеи. Тогда он впервые подумал, что змея могла перегородить ему дорогу, пока противник проникал в расположение…
