Его заработка хватало на интернет, воду и небольшую часть собственных обедов. Ольга давно перестала спорить и просто справлялась сама. Как главный технолог она получала достойно, к окладу добавлялись премии. К тому же существовал источник помощи, о котором ни Алексей, ни его мать даже не подозревали.
Нина Степановна жила в загородном доме, держала большое хозяйство и не собиралась спокойно смотреть, как дочь надрывается из-за семейных долгов. Каждого двадцать пятого числа она переводила на нужный счёт определённую сумму и не принимала возражений. Когда Ольга попыталась отказаться, мать объяснила: «Чтобы ты здоровье не оставила на работе, могла хорошие сапоги купить и хоть однажды выбраться к морю». После этого обсуждение было закрыто.
Алексей добровольно передал жене все финансовые заботы и никогда не выяснял, каким образом сходятся цифры. Раз он трудился и приносил домой зарплату, значит, в его картине мира именно он содержал дом. Убирая купюры в карман, Ольга негромко заметила: «Снова почти ничего».
Татьяна Фёдоровна тут же раздулась от возмущения. Сын, по её словам, работал круглые сутки и надрывался ради дорогой квартиры, а неблагодарная жена называла его деньги мелочью. Затем она прошлась и по Ольгиной работе: белый халат, чистый цех, никакой тяжести, зато наверняка хватает времени кокетничать с директором.
Алексей лениво попросил мать не начинать, продолжая жадно жевать бутерброд с колбасой. Потом пожаловался, что от постоянного сидения за рулём скоро откажет спина, и предложил копить на другую машину. Коллеги уверяли: если хорошенько поднажать, можно взять приличную подержанную иномарку. Главное, рассуждал он, правильно поставить цель. Допивая чай, Ольга посоветовала ему ставить любые цели и заверила, что препятствовать не собирается.
Она ушла собираться, потому что спокойный выходной окончательно превратился в бессмысленный спектакль. Открытый спор сейчас лишь дал бы Татьяне Фёдоровне новый материал для жалоб. После этого визиты свекрови стали регулярными. Особенно она любила приходить, когда невестка находилась на заводе, и часами убеждала сына, что тот живёт с коварной транжирой.
О каждом таком посещении Ольга узнавала благодаря Элвису. После ухода Татьяны Фёдоровны кот неизменно оставлял выразительный подарок возле любимых домашних тапок свекрови. Тем временем материнские внушения постепенно делали своё дело: Алексей всё охотнее верил, что жена купается в роскоши на его деньги и совсем не ценит добытчика.
— Видел её крем? — говорила мать, свободно бродя по комнатам в отсутствие хозяйки. — Я цену нашла: 3 000 за одну баночку. Представь, сколько заказов ты должен отвезти, чтобы она щёки этой мазью намазала…
