Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Полина оплатила незнакомцу проезд и пустила его на ночлег, но вскоре ей и сыновьям пришлось бороться за его жизнь

Часть 18 из 19

— Мам, нас завтра дядя Алексей на дальнее озеро повезёт! — радостно сообщил Ромка, расставляя тарелки. — Обещал рыбалку. Возьмём палатку, котелок, будем уху варить на костре!

— Раз обещал, значит, повезёт, — улыбнулась Полина, ставя блюдо с горячими пирогами. — Он словами не разбрасывается.

Муж мыл руки у кухонного рукомойника. Полина посмотрела на него: в движениях сохранялась та основательность, которая привлекла её ещё в день знакомства. Вытерев руки чистым полотенцем, Алексей подошёл к столу и оглядел свою большую дружную семью.

К этому столу он пришёл через предательство родных по крови. После пережитого уже не верил в справедливость, опустился на самое дно, оказался в шаге от гибели. И всё же именно здесь, в простом деревянном доме, получил то, чего искал всю жизнь. Люди, прежде совершенно ему чужие, остались рядом в беде. Их преданность нельзя было ни продать, ни купить — никаких денег для неё не существовало.

Алексей сел во главе стола. Полина устроилась справа, сыновья — слева. Когда первый голод был утолён, он заговорил негромко:

— На этой неделе ездил в город, ребята, со следователем виделся. Суд над Артёмом и Дмитрием закончился. Приговорили их к строгому режиму. Адвокаты не выручили.

Полина тревожно взглянула на мужа. Она знала, чего стоил ему процесс: давать показания против тех, с кем рос, кого считал родными, было тяжело.

— Жалеешь, Алексей? — тихо спросила она, положив ладонь поверх его большой мозолистой руки.

— Не о них жалею, Поля. О нашем детстве. Об одном дворе, где мы вместе играли и ещё не знали никакой алчности. Дорогу каждый выбирает себе сам. Они пошли обманывать и мучить людей. Причинённое зло к ним же и вернулось.

— Как бумеранг? — Денис серьёзно кивнул, внимательно слушая отчима. — В другого камнем запустил, а получил сам по лбу?

— Правильно, Дениска. — Алексей улыбнулся и потрепал пасынка по вихру. — Потому и посылать от себя надо добрые дела. Они тоже обратно приходят, только ещё большими. Вы с мамой не побоялись, спасли меня. Теперь вот вместе обедаем. Ближе вас и дороже у меня никого нет.

Полина слушала, и слёзы облегчения подступали к глазам. Долгая тёмная полоса осталась позади; за ней был ровный ясный свет.

Пообедав, старшие поблагодарили мать и принялись собирать пустые тарелки. Ромка побежал во двор: для Дружка у него была припасена сахарная косточка. Полина села на деревянную скамью у жарко натопленной печи. Дети хлопотали, Алексей деловито вытирал влажной тряпкой клеёнку, а она смотрела на них совершенно спокойно.

Прежняя обида на Виктора когда-то жгла её калёным железом. Теперь этого жжения не было. Полина простила его окончательно — ради себя, ради освобождения, а не ради него. От долгого ношения камня за пазухой можно надорвать спину и уже не разогнуться; своего камня она больше не несла.

— Задумалась, хозяюшка? — Алексей сел рядом, осторожно обнял её за плечи. — Смотришь, будто под половицами старинный клад отыскала.

— Так и есть, отыскала. — Полина положила голову ему на плечо. — Смотрю на нас, и дивно мне, как судьба нити переплетает. Если бы Витя тогда не ушёл к богатой разлучнице, если бы я с тремя детьми не осталась в такой нужде… Может, и не нашлось бы во мне отчаянной смелости впустить ночного бродягу.

— Нет худа без добра, Поля, — ответил Алексей, погладив её тёмные волосы, собранные в строгую причёску. В глазах у него отражался тёплый огонь печи. — Отец мой, царствие небесное, любил говорить: не кошелёк и не высокий кирпичный забор делают человека богатым. Богатство его — люди, которые не уйдут, когда всё остальное отнимут.

Полина согласно кивнула, впитывая слова мужа. Он был прав. Соседи гнались за лёгкой наживой и в конце концов потеряли не одни хоромы: человеческий облик тоже был утрачен, а сами они оказались на дне. Бывшая свекровь положила жизнь на алтарь чужого кошелька. Теперь ей оставалось коротать старость в пустоте, в холодной гордыне. Виктор ради чужих квадратных метров предал семью и собственноручно вычеркнул себя из книги их жизни. Вернуть его на эти страницы было уже нельзя.

Она поднялась со скамьи и достала из старого серванта потёртый семейный альбом. Первым в нём лежал выцветший чёрно-белый снимок отца. Простой работяга когда-то замёрз на обочине: прохожие спешили мимо, и помощи он так и не дождался…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

1

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю
ОльгаУкраина

Дуже гарна розповідь.Щиро дякую.

Все обсуждения

Ещё из рубрики «Доброта»

Все истории рубрики