— Не знаю.
Мария быстро сфотографировала страницу. Потом перелистнула дальше. В кармашке обложки что-то шуршало. Она достала сложенный вчетверо лист — старую квитанцию из частной клиники. Пять лет назад. Оплата анализа. Фамилия плательщика: Дорош В. Назначение: генетическое исследование.
— Дорош? — прошептала Ольга. — Это кто?
Мария знала. Виктор Дорош был личным помощником Карима ещё до их брака. Молчаливый человек в дорогом костюме, который всегда появлялся рядом, когда нужно было решить неприятный вопрос: уволить сотрудника, отодвинуть партнёра, поговорить с журналистом, договориться с арендодателем. Карим доверял ему как брату.
— Берём? — спросила Ольга.
Мария замерла.
Это была не её вещь. Но если она оставит квитанцию, её могут уничтожить.
— Сфотографируй, — сказала она. — Лист положим обратно.
Ольга сделала несколько снимков. Мария аккуратно вернула квитанцию на место и закрыла ежедневник.
В этот момент за спиной раздался голос:
— Вам в кабинете делать нечего.
Лида стояла в дверях, бледная.
Мария почувствовала, как кровь бросилась в лицо.
— Прости. Я искала свою папку.
Домработница посмотрела на ежедневник, потом на Марию. Долго. Слишком долго.
— Вашу папку он убрал в кладовку, — сказала она наконец. — Я принесу.
Когда Лида ушла, Ольга шепнула:
— Она всё поняла.
— Да.
— Думаешь, сдаст?
Мария посмотрела на закрытую дверь.
— Не знаю.
Через час они уехали. В машине Ольга сразу открыла фотографии на телефоне, увеличила запись.
— “Она не должна дойти до него”. Это про Анну Кравец?
— Похоже.
— Тогда Карим мог не знать.
Мария молчала. Эта мысль была одновременно облегчением и новой болью. Если он не знал, его жестокость в ту ночь не исчезала. Но появлялась другая правда: возможно, мальчика бросил не он. Возможно, кто-то сделал это за него.
Вечером Мария вернулась в детский дом. Артём сидел в игровой один. Перед ним лежал недостроенный дом из конструктора, но он не строил. Просто держал деталь в пальцах.
— Можно? — спросила Мария, остановившись у двери.
Он пожал плечами.
Она села напротив.
— Красивый дом получается.
— Крыша плохая, — сказал он, не глядя на неё. — Падает.
— Может, нужна другая опора?
Он поднял глаза. Взгляд был настороженный.
— Вы новая воспитательница?
— Нет. Я Мария. Помогаю здесь иногда.
— Все помогают иногда.
Она не нашлась, что ответить.
Артём поставил деталь на место, крыша снова покосилась. Он сжал губы. Именно так сжимал губы Карим, когда у него что-то не получалось и он не хотел показывать раздражение.
— У меня тоже не всегда получается, — сказала Мария.
— У взрослых всё получается.
— Нет. Просто взрослые делают вид.
Он посмотрел на неё внимательнее.
— А у вас что не получилось?
