— спросил он спокойно.
Виктор мгновенно изменился. Улыбка исчезла, лицо стало жестким.
— Я представитель семьи.
— Документы.
— Вы не понимаете, с кем разговариваете.
— Документы, — повторил охранник.
Виктор посмотрел на Марию с такой ненавистью, что Артем спрятался за ее спину.
— Ты пожалеешь, — тихо сказал он.
— Уже пожалела, — ответила Мария. — Но не о том, что ты думаешь.
Он ушел. Но уход его не принес облегчения. Мария понимала: теперь все только начнется.
Через два дня дом Саида перестал быть тихим.
В кабинет приходили люди с папками. Андрей сидел за длинным столом почти без сна, сверяя выписки. Бухгалтер из фонда плакала в коридоре, повторяя, что подписывала все по распоряжению Виктора. Два охранника сменили телефоны. Водителя, который докладывал о поездках Марии, отстранили до выяснения.
Виктор исчез на сутки, потом прислал сухое сообщение: «Уехал по семейным обстоятельствам. Буду доступен удаленно».
Саид смотрел на экран и чувствовал не ярость даже, а холодную ясность.
— Он побежит, — сказал Андрей. — Но сначала попытается зачистить следы.
— Пусть попробует.
— Нам нужны не эмоции, а доказательства. Переводы, поддельные акты, свидетельства клиники, запись Марии. И главное — связать деньги с его счетами.
Мария стояла у окна кабинета. Она не садилась, хотя Саид просил. За эти дни между ними появилось странное пространство: уже не ледяная стена, но и не близость. Она отвечала на вопросы, показывала сообщения, вспоминала даты. Иногда говорила спокойно, иногда вдруг замолкала посреди фразы и долго терла ладони, словно пыталась смыть невидимую грязь.
— У меня есть еще, — сказала она.
Саид и Андрей одновременно посмотрели на нее.
Мария достала из сумки старый телефон с треснувшим экраном.
— Он думал, я выбросила. Это мой прежний телефон. Там сообщения за первые месяцы. Я боялась хранить их в новом, потому что Виктор однажды взял его «на настройку». А старый спрятала в подкладку чемодана.
Андрей оживился.
— Почему раньше не сказала?
Мария усмехнулась устало.
— Раньше я вообще старалась не дышать громко.
Телефон включился не сразу. Батарея вздулась, экран мигал полосами. Андрей подключил его к ноутбуку. Несколько минут все молчали, слушая, как гудит кондиционер.
Потом на экране появились сообщения.
«Не вздумай говорить ему про мальчика. Он не терпит чужих обязательств».
«Платеж задержан, потому что ты задаешь много вопросов».
«Украшения не продавай. Если пропадет хоть один подарок, он решит, что ты воровка».
«Ребенок останется в клинике только пока ты ведешь себя разумно».
Саид читал, не меняясь в лице. Только челюсть становилась все жестче.
— Этого хватит? — спросила Мария.
Андрей медленно кивнул.
— Это серьезно. Но он может сказать, что вы неправильно поняли, что заботился о конфиденциальности. Нам нужны финансовые следы.
И они нашлись там, где никто не ожидал.
В тот вечер в дом пришла пожилая женщина по имени Татьяна, бывшая помощница бухгалтера фонда. Она давно уволилась, но, узнав о проверке, сама позвонила Андрею. В прихожей она мяла в руках тканевую сумку и отказывалась пить чай.
— Я не хотела неприятностей, — сказала она. — У меня дочь, ипотека. Виктор сказал, что если я открою рот, меня обвинят в соучастии.
— Почему пришли сейчас?
