— Нет. Я как раз помню, зачем здесь нахожусь.
Его глаза блеснули.
— Вы думаете, что знаете, что мне нужно?
— Я знаю, что вам точно не нужно. Умереть от очередного приступа.
Он встал, подошел ближе и наклонился почти к ее лицу.
— У вас нет права говорить со мной таким тоном.
— А у вас нет права издеваться над людьми, которые пытаются вас спасти.
Тишина звенела, как натянутая струна. Потом шейх резко отстранился.
— Хорошо. Докажите, что правы. Сегодня вы отвечаете за все. Если мне станет хуже — вы уволены.
— Согласна.
Он прищурился.
— Без страха?
— Без иллюзий, — ответила Ирина и повернулась к столу, словно разговор был окончен.
Впервые за долгое время он не нашел, что сказать.
День прошел напряженно. Шейх не выходил из комнаты. Когда Ирина принесла обед, тарелка осталась нетронутой.
— Вы не ели, — сказала она.
— Не хочу.
— Тогда я останусь здесь, пока вы не поедите.
— Вы невозможная женщина.
— И этим спасаю вам жизнь. Не только вам.
Он молчал, но через несколько минут все-таки взял ложку. С каждым глотком его взгляд становился мягче, и Ирина заметила: за его упрямством скрывается усталость — почти детская, беззащитная.
Когда он закончил, тихо сказал:
— Вы напоминаете мне одну женщину. Она тоже никогда не сдавалась.
— Вашу мать?
Он покачал головой.
— Мою невесту.
Сердце Ирины пропустило удар. Но прежде чем она успела спросить, он добавил:
— Она умерла.
После этого в комнате надолго воцарилась тишина. Он больше не сказал ни слова.
Поздним вечером Ирина шла по коридору, когда за ее спиной прозвучал голос:
— Доктор Ирина.
Она обернулась. Шейх стоял у балюстрады, держа стакан воды.
— Почему вы все еще здесь? — спросил он. — У вас был шанс уйти, как остальные.
— Потому что я не бегу от страданий.
— Красивые слова.
— Нет. Просто правда.
Он сделал шаг ближе.
— Вы не понимаете. Я опасен.
— Опасны не вы, — мягко ответила Ирина. — Опасно то, что вы прячетесь от жизни.
Он усмехнулся.
— А вы не прячетесь? Что привело вас сюда — смелость или отчаяние?
— Наверное, и то и другое.
Он вдруг посмотрел ей прямо в глаза. Впервые — без вызова, без злости, без привычной горечи.
— Вы сильная женщина. Слишком сильная для этого места.
— Значит, я идеально подхожу.
На его лице появилась тень улыбки.
— Осторожнее, доктор. Здесь сила легко превращается в слабость.
— Только если позволить.
Он кивнул и отошел к окну.
— До завтра, Ирина….
