Богдан сидел за своим рабочим столом, нетерпеливо постукивая пальцами по деревянной поверхности. Через несколько минут в дверь кабинета постучали.
— Да, входите, — отозвался он.
В дверях появилась Лидия Степановна, статная женщина лет пятидесяти, с добродушным, но строгим лицом. Ее рабочий халат был аккуратно выглажен, а в руках она держала поднос с чашками.
— Добрый день, Богдан Павлович. Вызывали? — сказала она, входя и ставя поднос на стол.
— Да, Лидия Степановна. Хотел бы поговорить с вами, но для начала — чай. Давайте посидим спокойно, как люди, — он улыбнулся, стараясь создать дружелюбную атмосферу.
— Чай? От начальника? Это что-то новое, — шутливо заметила она, устраиваясь в кресле. — Обычно у вас все только по делу.
— Сегодня как раз по делу. И, возможно, оно важнее обычного, — серьезно ответил Богдан, поставив перед ней чашку. — Расскажите, как у нас Оксана? Как она в коллективе?
Лидия Степановна нахмурилась, словно решая, стоит ли делиться тем, что она знала.
Сделав глоток чая, она наконец заговорила:
— Девочка-то трудолюбивая, спору нет. Но вот жизнь у нее не сахар, Богдан Павлович. Да еще и наши красотки в отделе соли добавляют.
Богдан подался вперед.
— Что вы имеете в виду? Объясните подробнее.
— Да что тут объяснять? — вздохнула она. — У нас тут принято быть при параде: дорогая одежда, маникюры, косметика. А Оксана? Она и без этого красивая, от природы, но видно, что живет скромно. Это-то их и злит. Из зависти, не иначе. Вот и дразнят ее, королевой трущоб называют. Или еще как похуже.
Богдан нахмурился. Он старался поддерживать в компании атмосферу уважения, но то, что он услышал, заставило его задуматься. Люди с высшим образованием — и с таким поведением. Ему казалось, что в их офисе подобного быть не может.
— Как давно это продолжается? — спросил он.
— С самого начала, как она устроилась. Я ей говорила, чтобы не обращала внимания. А она, бедная, все к сердцу принимает. Дома у нее и так несладко. Мать больная, на инвалидность не могут оформить, а лекарства дорогие. Работать ей приходится за двоих, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. А наши хихикают и злословят.
Богдан почувствовал, как внутри закипает раздражение. Эти шуточки казались ему мелкими и недостойными. А то, что такая девушка, как Оксана, находилась под постоянным давлением, вызывало у него настоящее возмущение.
— А Оксана что? — спросил он. — Как она справляется?
— Да молчит, что ей еще делать. Трудится, старается не показывать виду. Но вон, вы сами видели, не выдержала. Заплакала, а потом снова к работе.
Богдан задумался, потирая подбородок. Ему нравилась стойкость Оксаны, но то, что ей приходилось бороться со столькими трудностями в таком молодом возрасте, вызывало у него уважение, смешанное с жалостью.
— Никогда бы не подумал, что в нашем коллективе такое возможно, — проговорил он наконец. — Нужно что-то сделать.
Лидия Степановна кивнула.
— Знаю я вас, Богдан Павлович. Если взялись за дело, значит, не отступитесь. Девочке помощь бы не помешала, только делайте это аккуратно. Гордая она, помощь может не принять.
Богдан задумался. Он чувствовал, что не может остаться в стороне. Ему хотелось не только помочь Оксане, но и разобраться, почему в его компании вообще допускается такое отношение к людям.
— Спасибо, Лидия Степановна. Вы мне очень помогли. А теперь возвращайтесь к своим делам, а я… Я что-нибудь придумаю, — произнес он, провожая ее до двери…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
