— Лариса убедила его, что после развода тебе достанется слишком много. Они решили оставить тебя ни с чем. Недавно придумали, как именно.
Свекровь сделала глоток чая, будто ей самой нужно было собраться с силами.
— Павел оформил всё имущество на меня. Думал, что при разводе делить будет нечего, а потом я перепишу всё обратно на него.
Мирослава резко поднялась.
— Он хотел оставить собственных детей без всего?
— Хотел. Но не оставит, — спокойно ответила Галина Степановна. — Теперь это имущество принадлежит мне. А значит, я сама решаю, кому его передать. Для меня важнее внуков никого нет. Даже сын не имеет права обижать их и думать, что мать станет его соучастницей.
Мирослава закрыла лицо руками, потом вдруг обняла свекровь и заплакала уже совсем иначе — от потрясения, благодарности и боли одновременно.
Через несколько дней Павел объявил, что уходит.
— Я встретил другую женщину, — сказал он почти буднично. — Она мне ближе. Ты не переживай, дети останутся с тобой. Я на них претендовать не собираюсь.
Мирослава посмотрела на него без прежнего страха.
— Уходи. А всё остальное обсудим в суде.
В день развода Павел пришёл вместе с Ларисой. Она держалась за его руку и смотрела на Мирославу с торжествующей усмешкой. Проходя мимо, они переговаривались достаточно громко, чтобы бывшая жена услышала.
— Останется с пустыми руками и тремя детьми на шее, — прошипела Лариса.
— Так ей и надо, — хмыкнул Павел…
