Оксана во время родов находилась под наркозом и не видела ни попыток реанимации, ни момента, когда врачи приняли своё решение. Когда она очнулась, то всё ещё была очень слаба, а сознание медленно возвращалось к действительности. Женщина ожидала услышать новости о дочери, но вместо этого ей сообщили, что ребёнка спасти не удалось. Слова были произнесены ясно, однако какое-то время она не могла понять их смысл, словно речь шла не о ней и не о девочке, которую она столько месяцев носила под сердцем.
Ещё недавно Оксана ждала первого крика и встречи с малышкой, а теперь должна была принять сообщение о смерти. Всё произошло без неё и слишком быстро. Пока женщина была без сознания, надежда успела смениться окончательным медицинским заключением, было оформлено свидетельство, а дочь перенесли в морг. Между ожиданием рождения и известием о потере будто исчез целый отрезок времени, и Оксана снова и снова пыталась мысленно восстановить его.
Горе не позволяло ей сразу поверить словам. Постепенно возникло сильное желание увидеть Соломию самой, прикоснуться к ней и попрощаться. Оксана также хотела сделать фотографию для отпевания, чтобы у семьи осталось последнее изображение девочки. Это решение не было проявлением недоверия к врачам.
Ей требовалось собственными глазами убедиться в случившемся, иначе она продолжала бы цепляться за надежду, которой, как ей говорили, уже не существовало. Даже повторяя заключение врачей, Оксана не могла до конца принять случившееся. Только встреча с дочерью могла завершить этот мучительный внутренний спор.
Она объяснила Богдану, чего хочет. Мужу было тяжело даже представить эту встречу, но он понимал, что запретить жене проститься с дочерью не вправе. Богдан и брат Оксаны вместе обратились к врачам и получили разрешение посетить больничный морг. С момента рождения Соломии прошло уже больше двенадцати часов. Всё это время маленькое тело находилось в холоде, а мать, ещё не оправившаяся после преждевременных родов, пыталась найти силы для последнего прощания.
Спускаясь в морг, Оксана шла медленно и с трудом. Рядом находились Богдан и её брат, но никто не знал, какие слова сейчас могли бы помочь. Чем ближе они подходили к двери, тем сильнее женщина ощущала, что внутри неё борются два чувства. Разум повторял вынесенное врачами заключение, а сердце отказывалось считать встречу с дочерью последней. Оксана заставляла себя идти дальше, понимая, что назад уже не повернёт…
