Жизнь без прикрасКорзинка оказалась на столе веранды. Под полотенцем лежали кулёк конфет, банка мёда и пакет с большой красной клубникой.
— Наташенька, ну зачем тратишься? — смутилась мама. — Я ведь и без этого тебе продаю.
— За такие-то копейки! Гости ваши яйца за завтраком сметают. Желтки, говорят, как апельсины. В городе попробуй такие найди.
Когда мама представила дочь, Наталья обняла Ирину с такой теплотой, будто они всю жизнь были знакомы.
— Вот вы какая! Только и слышу от Оксаны Васильевны: Ирина то, Ирина это. Вы же на скорой? Какой тяжёлый труд!
Ответить Ирина не успела: гостья уже устроилась с чаем на веранде. По маме было видно, как та любит Наталью. У реки у неё были домики для приезжавших летом горожан, баня, бассейн и беседки. Яйца маминых несушек шли отдыхающим на завтрак. Покупая их, Наталья заодно привозила гостинцы, помогала доставать лекарства, не раз подвозила Оксану Васильевну в районную поликлинику.
— Без Наташеньки я бы пропала, — сказала мама.
— Да ладно вам, Оксана Васильевна. — Наталья отмахнулась. — Соседи должны друг другу помогать.
О квитанции заговорили почти сразу. Мама торопилась, волновалась, сбивалась: рассказала и про двадцать три тысячи, и про допрос на крыше, и про находку в мастерской. Не забыла упомянуть, как Виктор сегодня починил забор и калитку. Наталья качала головой, ахала, слушая её.
— Совесть у людей пропала, вот что, — сказала она. — Оксана Васильевна, мне самой страшно произнести, сколько у меня за свет выходит. Бассейн, баня — всё электрическое. Открою порой квитанцию, аж сердце прихватит.
— Но ты хотя бы знаешь, за что платишь, — вздохнула мама.
— И то правда. — Наталья повела ложечкой в чашке, помолчала. — Я ведь ничего не хочу сказать… Только счета, вы говорили, пошли вверх, когда новенький поселился? А он всё с проводами что-то делает.
— У Виктора нет подключения к сети, — возразила Ирина. — Я это сама проверила.
— Значит, нет, раз видели, — с улыбкой согласилась Наталья. — Я никого и не обвиняю. Чудной он просто. Звала по-соседски на шашлыки — даже не заглянул. Бирюк.
Ирина промолчала. Словно и не прозвучало ничего особенного, а слушать было неприятно.
— А тот кабель куда уходит? — спросила Наталья.
— Ещё не выяснили, — ответила Оксана Васильевна. — Ирина вечером начнёт копать.
Наталья осторожно опустила чашку на блюдце.
— Оксана Васильевна, ну зачем вам возиться? Вдруг это ещё Павел Андреевич для себя когда-нибудь проводил? Выключили — и пусть остаётся выключенным. Лишнего счётчик больше не крутит, вот и хорошо.
— При папе там ничего такого не было, — сказала Ирина. — Кабель почти новый. Это точно не он прокладывал.
— Вам лучше знать. — Наталья улыбнулась, взглянула на часы. — Ой, мне пора! Гости ждут, обед ещё готовить. Оксана Васильевна, а где мои яички?
С двумя лотками яиц она собралась уезжать. Маму поцеловала в обе щёки, Ирине помахала. Белая машина скрылась, оставив над дорогой пыльное облако.
— Хорошая всё-таки, — сказала ей вслед мама.
— Добрая, — отозвалась Ирина, не понимая, отчего не получается согласиться без оговорок в душе.
За лопату она взялась вечером, когда жара отступила. Отцовская лопата нашлась в сарае. За мастерской, возле самого фундамента, Ирина выкопала первую небольшую ямку: до кабеля оказалось всего на штык. Отойдя вдоль забора на несколько шагов, она принялась за следующую. Сухая земля не поддавалась, попадались корни.
— Вы ищете клад?
Ирина подняла голову. За забором стояла Таня с маленькой пластмассовой лопаткой и ведёрком. Виктор позади неё опирался на только что прибитые доски.
— Папа рассказал: у вас чёрный провод закопан, а там, где он кончается, клад. — Девочка подумала. — Или вор. Но клад лучше.
— Клад, конечно, лучше, — согласилась Ирина.
— А мне можно поискать?
Ирина взглянула на Виктора. Он развёл руками.
— Она теперь не отстанет. Через калитку приведу, если разрешите.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.