Выйдя в коридор, Богдан приказал Кириллу действовать бесшумно. Следовало поднять запись из комнаты у кладовой и проверить каждую секунду, не предупреждая Степана и не задавая вопросов персоналу. К вечеру служба безопасности нашла то, чего не заметила при первой проверке.
Камера возле подноса отключилась ровно на сорок секунд — именно тогда, когда Оксана ходила за водой. Это не было неисправностью: устройство вручную остановили с терминала управляющего, а система сама перезапустилась по стандартному протоколу. Журнал сохранил время и имя пользователя, потому что у Степана не хватало прав стереть запись.
Доступ к панели имели только Богдан, Кирилл и управляющий. Степан, вероятно, считал, что короткого отключения никто не заметит среди тысяч часов архива. Он не знал, что собственный вход останется в защищённом журнале с точностью до секунды.
Кирилл принёс распечатку лично. Богдан две минуты читал одни и те же строки, затем спросил, где находится управляющий. Степан готовился к вечерней подаче, шутил с поваром и вёл себя так же спокойно, как во все предыдущие годы.
Предательство человека, служившего ещё его отцу, не укладывалось в привычную картину. Степан держал новорождённую Лесю на руках, стоял рядом на похоронах Марины и поддерживал Богдана, когда тот едва держался на ногах. Однако хозяин слишком хорошо знал управляющего, чтобы поверить, будто тот сам придумал сложную финансовую схему и достал редкий яд.
Значит, за Степаном кто-то стоял. Богдан не стал задерживать его сразу и вызвал двух проверенных людей — Остапа Черненко и Данило Вереса. Одному он доверял с тех пор, как тот вытащил его из горящей машины, другой однажды вывел его из засады, несмотря на ранение.
Обоим было велено следить за управляющим круглосуточно: записывать звонки, сообщения, встречи и каждый выход за ворота. Даже Кирилл и руководители групп не должны были узнать о наблюдении. Оксану Богдан распорядился оставить в изоляторе ещё на двое суток, чтобы настоящий заказчик считал, будто подставная версия по-прежнему работает.
Решение давалось тяжело. Каждая лишняя минута разлуки причиняла Оксане и Миле новую боль, но преждевременное освобождение могло спугнуть человека, который уже однажды попытался убить его. Богдан остался в кабинете возле нетронутого стакана, ожидая, куда приведёт невидимая нить от синего флакона…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
