Александр достал из кармана узкий тактический фонарик и плотно прикрыл его стекло ладонью. Тонкий, рассеянный луч света выхватил грязную шею и глубокую впадину ключицы. Там, под плотным слоем въевшейся пыли, отчетливо белел тонкий шрам от удаленной много лет назад родинки. Желтая бирка в нагрудном кармане обожгла тело ледяным холодом.
Он молча развернул промасленную ткань и туго обмотал ею толстое звено цепи возле самого кожаного ошейника. Осторожно вставил в зазор массивные стальные губки кусачек. Металл цепи был старым, но очень толстым. Александр навалился на длинные ручки инструмента всем своим весом, вдавив колени в колючий песок.
Механизм кусачек натужно заскрипел. Женщина резко дернулась, ее впалые глаза широко раскрылись в непроглядной темноте. Она судорожно открыла рот, набирая воздух для крика. Александр молниеносным движением зажал ей губы свободной, грязной ладонью.
Жесткие, покрытые коркой губы больно царапнули его кожу. Он смотрел прямо в ее мутные, совершенно пустые глаза. Она не узнавала его, в ее расширенных зрачках отражался тусклый свет, а тело била мелкая, непрекращающаяся дрожь. Она изо всех сил впилась острыми зубами в основание его большого пальца, глубоко прокусив кожу до самой крови.
Александр даже не поморщился от резкой боли. Он лишь сильнее стиснул зубы, продолжая методично давить на металлические ручки кусачек. Звено наконец лопнуло с глухим щелчком, полностью утонувшим в слоях плотной ткани. Ошейник остался на худой шее, но тяжелая цепь глухо упала на песок.
Александр жестко схватил женщину за локоть и потянул вверх. Она отчаянно сопротивлялась, упираясь голыми, сбитыми в кровь ногами в землю и пытаясь вырваться обратно к своему надежному железному колу. Омар оказался рядом ровно через секунду, железной хваткой перехватив ее вторую руку. Вдвоем они буквально поволокли упирающееся тело вверх по крутому каменистому склону.
Крупная собака в центре лагеря громко залаяла, мгновенно сорвавшись на заливистый, агрессивный вой. В крайнем шатре тут же мелькнул тусклый свет зажженной керосиновой лампы. Они с размаху бросили ее на жесткое заднее сиденье джипа. Омар прыгнул за руль и резко повернул ключ в замке зажигания.
Стартер натужно завыл, двигатель чихнул густым дымом, но не завелся. Внизу, в проснувшемся лагере, раздались громкие, гортанные крики, и в ночное небо ударил яркий сноп искр от раскиданного ногами костра. Омар с силой ударил кулаком по рулевой колонке и снова до упора провернул ключ. Двигатель с громким ревом ожил, и машина рванула с места, раскидывая лысыми колесами тяжелый песок и мелкие камни.
Вслед им ударила сухая, трескучая автоматная очередь. Одна тяжелая пуля с пронзительным звоном срикошетила от железного заднего бампера. Александр сидел сзади, намертво прижимая бьющуюся женщину к продавленному сиденью. Внезапно она перестала вырываться, и ее тяжелая голова безвольно упала ему на грудь…
